Пыльные цветы

Их страна называлась Фарналис, но многие люди, конечно же, тиражировали «Волшебную страну». Тем более, попасть в нее можно было аккурат через туманные разломы пространства. Когда они появились, обоим народам пришлось приспосабливаться.

Ева прекрасно знала, что ничего «волшебного» в Фарналисе нет. Их королевская власть не менялась веками, пока недавно монаршую семью не убили заговорщики, и на трон не взошли другие. Тогда-то через разломы и повалили беженцы. Ева не очень разбиралась в политике, знала только, что в Фарналисе что-то вроде гражданской войны и бесконечные изнуряющие стычки с обеих сторон.

Ноа выглядел как типичный фейри. Гибкий, худощавый, будто пропитанный сладковатым удушливым ядом – или таким он хотел казаться. Потому что Ева прекрасно видела, что «Убежище» всегда было куда больше, чем просто притоном с пыльцой. А сам Ноа – больше, чем мелким торговцем благословением. Не зря через него проходило столько беженцев, именно тех, кому было некуда идти, когда они прибывали к людям.

Когда Ева зашла, она приготовилась держать лицо невозмутимым и прокручивала в голове варианты разговора с обкуренным эльфом.

К ее удивлению, Ноа выглядел абсолютно трезвым. Он сидел перед низким столиком, подперев голову рукой. Его взгляд был задумчивым, между бровей пролегала складка, хотя Ева думала, их, как и морщин, у фейри не бывает, тем более у Ноа.

Его хвост в задумчивости похлопывал кисточкой по щеке, а в светлых волосах с такого положения можно было увидеть тоже небольшие рожки. Кончики ушей, как и у большинства фейри, были чуть заостренными, а вот глаза совсем не раскосыми.

На столе перед ним лежала карта и валялись вороньи перышки. Ева глянула только мельком, и ей показалось, это карта Фарналиса.

- Ева! – Ноа встрепенулся и тут же улыбнулся, хотя Ева видела, что эта улыбка служит скорее щитом, отгораживающим от нее. Она не затрагивала глаз Ноа. – Ты наконец-то решилась принять предложение и узнать, каковы фейри в постели?

Подобные шуточки появились с первого появления Евы.

Ноа тогда удивился еще одному человеку на его пороге, помимо Лили. Сразу предположил, что она хочет наркоты или секса – но на девушку, которая жаждет забвения, Ева никогда не походила, так что оставались иные развлечения. Ноа, правда, сразу изменил отношение, когда узнал, что она сестра Лили и пришла за ней. Еве казалось, Ноа уважал Лили, по-своему. Он никогда всерьез не приставал к Еве, и она была почти уверена, что он бы отказал, пожелай она всерьез чего-то такого.