Будни некроманта

Как озвучить равнозначные радость от обретения покоя кем-то, пусть даже и не тобой, облегчение – держать мертвеца – все же ответственность, а еще Ансгар знал, что будет потом долго искать его в людях и не находить. Это самая неприятная его привычка – искать тех, кто ему нужен, в тех, кому не нужен он. Так он в детстве искал Витольда, так, однажды влюбившись в давно умершую женщину, замечал ее черты среди живых… Стало проще, когда воскрешенный им Витольд-старший сказал – нельзя. Запреты Ансгар Фридрихович очень уважал.

Нельзя в этой жизни ни к кому привязываться.

«Использовал». Ты меня тоже использовал, чтобы посмотреть, что будет после твоей смерти. Посмотрел. Ладно, по крайней мере, отвращение к Андрею на фоне возможной потери компаньона ощущалось не так остро.

Вот и звезды. Ансгар опустился на колени, слушал землю.

Мертвец был прямо под ним – тонкий скелет, остатки платья. Насильственная смерть.

– Андрей, вам нравится насильственная смерть?

– А? Да все равно… главное, чтобы это не отрубленная голова была, – улыбнулся Андрей вымученно.

Нет, голова у девушки на месте. Изящный череп. Долихоцефал. С такой девушкой будет трудно.

Ваня ее пожалел бы. Но Ваня пойдет и умрет. Надо было ему запретить. Но терпеть рядом с собой человека, который тебя ненавидит, – по меньшей мере, глупо.

От загруженности разного рода мыслями Ансгар Фридрихович чуть было не позабыл латынь. Однако получилось. Покойница отвечала, и ответы ее становились все яснее и яснее.

Хорошая душа.

Ваня стоял поблизости, не зная, что делать. Ансгар Фридрихович дал ему понять, что справится без него, и теперь воскрешенный чувствовал себя лишним, и это отчего-то было приятно некроманту, словно Ваня уже ушел, а теперь сожалел об этом.

Андрей хлопал мертвеца по плечу, что-то говорил и улыбался. Никто не знал, что Ваня тоже воскрешенный. Этого не было видно. Они ведь с виду даже дышат и моргают, просто так, по привычке.

Поэтому Андрей нервничал только по поводу заказанного им воскрешения.

Наверное, думал Ваня, катая ампулу в кармане, предчувствует диверсию.

Вот и все готово. Ансгар всматривался в темноту. Перед глазами плыли круги – он был не в лучшей форме. Но слышал ее. Даже знал, что друзья звали ее Анютой.

Ветер что-то шептал в кронах у него над головой; Ваня и Андрей продолжали беседу.

Он уйдет, думал доктор.