Зелёная кровь. Собачий вальс

Не успел буквально на миг.

Ник и еще один служитель с глазами мясника выволокли мертвяка из вольера чуть ли не за шиворот, а какой-то мелкий бесцветный третий захлопнул дверь клетки. Двое заколотили палками по решетке Рамона с воплями: «А ну фу! Заткнись, ублюдок!»Теперь, по крайней мере, никто из них не смеялся – Рамон гулко гавкнул еще пару раз и отошел в глубину клетки.

– Если бы эта паршивая кошка не приносила деньги, я бы из нее подушку набил, – процедил мертвяк, отряхиваясь. – Теперь к нему без электрошокера подходить нельзя.

Надо было такого пса пока в отдельный бокс поместить, чтобы рысь с толку не сбивал. Но ничего, сегодня вечером эту шавку научат кошкам задницы вылизывать...

Его свита снова оживилась. Мертвяк пошел прочь, люди – следом. Некоторые оборачивались, чтобы потрясти кулаком. Рамон даже не зарычал в ответ от безмерного презрения.

Мертвяк не может оскорбить живого.

Тем временем кот подошел к решетке и сунул свой маленький плоский нос и пышные усы в клетку Рамона.

Намек вышел исключительной прозрачности – Рамон понял и подбежал, виляя хвостом. Они впервые основательно, не спеша, обнюхались – уже как товарищи.

Кот оказался не очень здоров, полуголоден и чрезвычайно утомлен, но от него все-таки пахло чистым зверем, чистым, теплым зверем – и Рамон, втягивая этот чудесный запах, ощутил волну нежности, поднимающуюся со дна души. От избытка чувств и понимания он даже лизнул кота в глаз. Тот сморщился, отстранился и вернулся в Старшую Ипостась.

Рамон последовал его примеру – они оба просунули руки сквозь решетку и переплели пальцы, прижались друг к другу, насколько вышло, и легонько стукнулись лбами. Им обоим очень хотелось согреться.

– Мы выберемся отсюда, – сказал Рамон, ткнув кота носом в щеку.

– Да перестань ты тыкаться, – сказал кот устало. – Лучше погладь меня за ухом, осторожно... бобик...

Рамон высвободил руку и погладил пышную бакенбарду цвета соломы. Кот подался вперед и тихонько заурчал.

Все-таки он младше, подумал Рамон. Я – главный. А кот – младше, легче, меньше ростом, и вот какие тонкие косточки... как у детеныша... Но отважный боец, сильный, молодчина, может уже считать себя в моей Стае...

В нашей Стае.

В нашей с Локкером Стае.

В Стае Локкера, в общем.

Рамон приподнял голову кота за подбородок. Кот томно приоткрыл сощуренные глаза, продолжая урчать.

– Мы с тобой – Стая, да? – спросил Рамон.