Пришествие Магии

Дерь представила язычок Голодного пламени, поместила его внутрь обитателя клетки и произнесла заклинание. Её глаза, покрытые светящимися в темноте рунами ночного зрения, напряжённо следили за происходящим.

За тем, как внезапно по всему телу мужчины прошла судорога, пучки травы угрожающе встопорщились, подняв облачко пыльцы. Спустя минуту растение задымилось, кожа, скрывающая его, местами почернела, а потом как-то разом всё охватило пламя. Загорелась даже пыльца, осыпаясь на землю чёрным порошком, словно паутина, сгорающая в свете факела.

Огонь пожрал то, что пожрало мужчину, напоследок слизнув горячим языком все следы, которые остались от неудавшегося эксперимента учителя в камере. Тяжело ударился о магический барьер, установленный перед прутьями решётки – Дерь не почувствовала даже жара – и сгинул, задохнувшись в тесноте.

Тяжело дыша, девушка дрожала в воцарившемся мраке, пытаясь прийти в себя. А пространство вокруг потихоньку начало полниться звуками здешних обитателей, которых вспышка света выдрала из молчаливой агонии.

Рык, чавканье, стоны – и ни одного осмысленного обращения. Их были десятки – жертвы экспериментов, брошенные за ненадобностью и сумевшие дотянуть до Отбытия.

- Что ж, один есть, осталось ещё штук сорок.

Посреди коридора вспыхнул маленький комочек света, выхватив из темноты девичью фигурку с безвольно повисшими руками. Дерь приложила ладонь к глазам, пытаясь рассмотреть говорившего, того, кто этот свет создал, хотя голос она и без труда узнала.

Благодаря чёрному балахону, Нихил, ученик и приёмыш – как и она сама – Олиала, производил впечатление головы, парящей в воздухе. Головы с тёмными, короткими волосами, острыми чертами лица, ястребиным носом и изумрудно-зелёными глазами, которые здесь, на стыке света и тьмы, похожи были на две чёрные дырки, словно у свирепого морского хищника мегала.

- Если ты будешь трястись над каждым… отходом производства, то не управишься и за несколько дней.

Шарик света в руке Нихила вознёсся вверх, к потолку, а затем распался на несколько десятков копий, которые устремились вдоль коридора, в конце концов зависнув на одинаковом расстоянии друг от друга. Тьме, до этого царившей в Адской Яме безраздельно, пришлось нехотя отступить, вжаться как можно глубже в углы и дальние стены клеток.

На полу ближайшей камеры лежала, привалившись спиной к стене, женщина.