Луковица

Но Ролан тогда справлялся на отлично, справился и в этот раз, тем более что Костнера, кажется, вовсе не интересовали проверки. Ролан не мог понять, следствие ли это доверия к нему, как к медиуму, или же тут кроется что-то другое. Во всяком случае, ему от мысли, что Костнера чистота сеанса не волнует, было почему-то не по себе.

Мелкий камешек, подложенный в ботинок, колол ему пятку.

В доме, на первый взгляд, ничего не поменялось. Атмосфера оставалась прежней, и Ролан испытывал тут прежние чувства. Однако, расслабляться, увы, не следовало.

Ролан уже сталкивался с подобным в своей практике: дом выжидал, что предпримет исследователь. Присматривался. Прислушивался. Иногда пробовал на зуб или едва касался языком, чтобы ощутить вкус. Дома умеют ждать, это у них выходит лучше, чем у людей. А потом, когда исследователи расслабляются, дом наносит стремительную и жестокую атаку.

Хотелось сказать легкомысленному Костнеру, чтобы он был настороже, но Ролан промолчал. Если доктор этого не знает, в профессии ему делать нечего.

- А-а, Эйтли, вы пришли? - Костнер возился с каким-то аппаратом. С каждым годом количество приборов для исследования сверхъестественного увеличивалось, и Ролан давно уже перестал ими интересоваться. - Там чай и кофе на столе. Или вы практикуете натощак?

Ролан, по правде сказать, жил натощак, годами практически не чувствуя вкуса еды. А сейчас вдруг рот заполнила жареная картошка и кислинка томатного соуса, ноздрей коснулся аромат трески в кляре.

Многовато перца. Пару дней назад в рыбе с картошкой Ребекки Шелтон — пятнадцать пенсов за порцию — было многовато перца.

- Кофе, - пробормотал Ролан. - Чудесно.

- Мисс Биллингест подойдет через несколько минут.

Ролан не стал спрашивать, о ком идет речь. Он здесь всего-навсего наемный работник, как ни абсурдно это звучит. Доктор Костнер хочет поймать призрака, Ролан помогает его выследить. Его даже не особенно интересовало, зачем Костнеру все это вообще понадобилось, что он собирается с призраком делать.

Быть может, продать какому-нибудь коллекционеру. Люди какую только дрянь не собирают.

Ролан налил себе кофе, опустился в кресло и принялся с отрешенным видом разглядывать резьбу на стенных панелях, пытаясь разглядеть в абстрактном орнаменте хоть какой-то смысл. Костнер продолжал возиться со своими приборами. Его зефирной ассистентки сегодня не было, но спрашивать о ней Ролан не стал. Как знать, может — сбежала.