Луковица

Все они говорили, что видели красную пелену, пили кровь вместо вина…

- И реки Египта стали красными, - зловещим тоном процитировала мисс Биллингест.

Ролан сомневался, что казни Египетские имеют к происходящему в доме хоть какое-то отношение.

- А потом некоторые из гостей упали замертво, а другие сошли с ума. От увиденного.

Теперь, обреченно подумал Ролан, от этой мысли невозможно будет избавиться.

* * *

За те годы, что он был практикующим медиумом, Ролан твердо усвоил две вещи. Во-первых, сеансам нужна вся эта мишура: кабинеты, черные одежды, загадочные слова и одухотворенный вид спирита.

Не для медиума нужна, конечно, но для зрителей. Легковерные этой атмосферой проникаются, скептиков она забавляет. И то, и другое помогает медиуму.

Во-вторых, любая лишняя информация мешает в работе. Когда ты что-то знаешь, ты это что-то видишь. В первые годы Ролан неоднократно сталкивался с теми призраками, которых ожидал, и долго потом распутывал нити, ведущие к истине. У него всегда хорошо работало воображение.

- Вы хотите провести совместный сеанс?

Мелодичный голос Пенелопы Биллингест заставил Ролана открыть глаза.

- Я на такое не соглашался.

Женщина улыбнулась.

- Это совсем просто, мистер Эйтли. Возможно, для вас это в новинку, но сейчас такое часто практикуют.

Какой изящный намек на то, что он выпал из «профессии» на двадцать лет.

-Я такое не практикую, мисс Биллингест.

- Давайте попробуем! Ваш проводник едва ли будет против. Духи обладают полнейшей широтой восприятия.

- У меня нет проводника.

- Нет? - удивилась Пенелопа Биллингест.

Ролан поставил чашку на край стола и поднялся, прошел по комнате, рассматривая приборы Костнера и пытаясь собраться с мыслями. Ему претил совместный сеанс. В самом деле, в нем не было ничего необычного. И, что бы ни воображала эта женщина, двадцать, тридцать, даже сто лет назад их точно так же практиковали. Однажды, еще совсем мальчишкой, Ролан побывал на сеансе, который проводили четыре взаимно друг друга дополняющих медиума. Это не давало результата, сколько-нибудь отличного от работы одного медиума.

И лично ему это было неприятно, особенно в случае транса.

Передернуло.

- Мистер Эйтли — трансовый медиум, - эхом отозвался на мысли Ролана Костнер. - Ему это может быть неприятно. Лучше для начала провести сеансы по-отдельности.

- Вот как, - проговорила Пенелопа Биллингест.

- Дамы вперед, - пробормотал Ролан.

Отчасти любопытно было понаблюдать за методами работы этой женщины, но открывать глаза он не стал.