Сумеречный кукловод

А тут выплакалась словно за всю прошлую жизнь. Так и заснула на диване в одежде прямо. И снилось что-то такое… не помню что. Но только что-то очень хорошее. И почему-то связано с тобой. Хотя совсем ничегошеньки не помню. А когда проснулась, все совсем по-другому. Как-то правильно, что ли. Как будто все встало на место. Жить захотелось. Пойдем гулять?

Глава 8

Пойдем гулять, ага! Легко сказать. Куда труднее вытащить себя из кроватки, выйти из роли страдающей принцессы, умыться, одеться и вот это вот все… И что с того, что голова уже почти не болит? Все равно любое усилие кажется избыточным.

Но гулять с Дашей она, конечно, пойдет. Во-первых, кем надо быть, чтобы отказать подруге, когда ты ей нужна? Во-вторых, ужасно любопытно, что Даша еще расскажет про сон и, главное, как это связано с переменой в ее настроении.

Мареку идея с прогулкой неожиданно понравилась, но он предсказуемо заявил, что Тари никуда не пойдет, пока не поест. Она и не думала возражать против сильно запоздавшего завтрака.

Помимо пирожков и сырного рулета она многозначительно покосилась на емкости с мамиными салатами, но решила, что разумнее оставить эти обильно сдобренные майонезом шедевры до лучших времен. А они вне всякого сомнения скоро наступят. Уже вот-вот.

Марек вызвался пойти с ней, но обещал не мешать и держаться от них с Дашей на приличном расстоянии. И для убедительности захватил с собой фотоаппарат.

— Раз так, то стоит найти тебе достойное место для съемок, — решила Тари. — Хватит уже бродить по дворам, пойдем на природу.

Виды осенних полей тебя устроят?

— Меня устроят любые объекты.

Тари знала, что это не просто покладистость и желание сделать ей приятное. Марек действительно с одинаковым мастерством снимал все, что попадало в его объектив. Когда они только познакомились, Тари нравилось воспринимать Марека исключительно как художника, а его занятие фотографией — просто как профессию, приносящую деньги. Но стоило ей взглянуть на сделанные им фотографии и увидеть его за работой, как мнение радикально изменилось.

Камера в его руках не меньше раскрывала призвание художника, чем кисть или карандаш.

— Тогда решено, идем в поля — дышать сырым осенним воздухом, снимать пейзажи в серых тонах и выслушивать захватывающую историю Даши.

Даша ждала их у подъезда и вызывающе контрастировала с окружающим пейзажем. Ярко-розовая куртка и желтый шарф добавляли блеклому осеннему миру красок, но гораздо важнее был румянец на щеках и блеск карих глаз.