Сумеречный кукловод

Даже во сне!

— Хорошо, хорошо. Возможно, это была не ночная сорочка. Иногда не так уж просто разобраться.

После этого в Марека полетела подушка. На его счастье под рукой не оказалось чего-нибудь более увесистого.

— За что? — он предсказуемо увернулся и поймал подушку, не дав орудию праведного гнева плюхнуться на пол.

— И ты еще спрашиваешь! — Тари вошла в роль трагической героини. — Ты посмел принять за ночнушки мои прекрасные платья. Мои шедевры, недоступные в реальности, которые я создавала специально для снов.

Для тебя! Ну все, с этого момента я буду сниться тебе исключительно в джинсах и футболках.

— Ну прости, пожалуйста, — кажется, Марек смутился всерьез. — Я правда, не разбираюсь в таких вещах. У меня-то в отличие от тебя нет вкуса и чувства прекрасного.

— И это говорит художник и лучший фотограф Праги, — драматично вздохнула Тари. — Ужасная отмазка, никуда не годится. Придумай что-нибудь поубедительнее.

— Ладно, давай считать, что я ничего не смыслю в моде.

— Уже лучше, но я все равно страдаю и злюсь, — это была чистая правда, по крайней мере насчет злости.

— И как мне загладить свою вину?

— Понятия не имею, — пробурчала Тари, вылезая из кровати. — Но если мне придет в голову идея достойной компенсации, ты узнаешь об этом первым.

Настроение было не то чтобы безнадежно испорчено, но как-то потускнело. И как часто бывало, мир поспешил подстроиться, спрятав солнце за облака.

Вроде бы мелочь, но ужасно досадная. Марек, конечно, ни в чем не виноват.

У него и в мыслях не было ее задеть. Но тем обиднее. Тари ведь была уверена, что созданные ее фантазией платья из летящих тканей идеально отражают ее внутренний мир и создают неповторимо прекрасный образ. А оказалось, что все это созданное для любимого человека совершенство в его глазах не более чем одежда для сна. Хотя ведь в каком-то смысле так и есть. Ну что ж, в конце концов, хоть в чем-то он прав.

Тари, вздохнув, поплелась приводить себя в порядок и одеваться. Вещи в шкафу, большая часть которых по сути тоже являлась плодом ее вымысла, вместо того, чтобы привычно порадовать Тари, сейчас лишь напоминали о постигшем ее разочаровании.

Натягивая джинсы и свитер, вполне подходившие погоде, она считала это местью не столько Мареку, сколько себе. Раз уж оказалась такой лишенной художественного вкуса неумехой, то и носи вещи простые и практичные.

В итоге из дома она вышла в куда более паршивом расположении духа, чем проснулась.