Аргус

И это с учётом моих Аргусовских способностей! К тому же он сумел застать меня врасплох, что само по себе было нехорошо. Но больше я ему преимущество отдавать не собирался!

Я прикрыл глаза, собираясь с силами, и, особо не целясь, привёл в действие весь Эфир, до которого сумел дотянуться. Такую атаку на тренировке с Архипом я не пробовал и действовал на чистых инстинктах. Надеюсь, что хоть что-нибудь у меня получится...

Эффект превзошёл все ожидания.

Воздух натурально взорвался. Все крошечные частички Эфира пришли в движение и, получив ускорение, с дикой скоростью понеслись в разные стороны.

На этот раз врасплох оказался застигнут мой противник. Его пальцы разжались, и его отбросило назад, а я наконец-то оказался на свободе.

От выпущенной мной энергии воздух дымился, и я, не видя, куда бью, нанёс несколько ударов по предполагаемому месту расположения противника. Все удары ушли в молоко, и лишь последний достиг цели.

Я почувствовал, как мой кулак впечатывается в его лицо. Но пытаться развить успех я не стал.

Я чувствовал, каким-то совершенно необъяснимым образом знал, что противник был слишком опытным, слишком опасным, и все мои успехи объяснялись лишь эффектом неожиданности. На своём нынешнем уровне силы мне его было не одолеть, и поэтому я принял единственно верное решение.

Я бросился бежать.

Я бежал как сумасшедший дикий сайгак, перескакивая ни через две, ни через три, а сразу через пять ступенек, а то и вовсе через целый пролёт. Силы Аргуса позволяли мне выполнять подобные пируэты без особых проблем.

Стыда за то, что спасаюсь бегством, я не испытывал. Нет, я, конечно, восторгаюсь могучими героями, бесстрашно вступающими в бой с превосходящими силами врага. Большие молодцы! Если при этом ещё умудряются выжить, то и вовсе заслуживают особую благодарность и сладкую медальку к чаю.

Я же был не героем, а реалистом. Если победа представляется маловероятной, то зачем вообще вступать в бой? Гораздо разумнее вовсе его избежать, и потом, собравшись с силами и изучив слабые стороны противника, снова вернуться на поле боя, но с уже куда более высокими шансами на успех.

Шаги за спиной я услышал почти сразу. Гость мчался за мной с невероятной скоростью. Но, тем не менее, я его всё равно обгонял. До выхода из подъезда оставалось всего два этажа. И я почему-то был уверен, что, стоит мне вырваться на улицу, как я буду спасён. Сражаться со мной при свете дня мой преследователь не станет.

Кажется, я был прав.

Шаги замолкли. Он больше не пытался меня догнать.