Молчание Сабрины 2

«Какое счастье, – подумал Гуффин, безразлично глядя на то, как мадам Бджи подкладывает мышеловки под крышкой котла, чтобы Проныра туда не сунулся, пока она расставляет тарелки на столе, – что люди кругом сами по себе выродки и подлецы. Это здорово облегчает мне работу. Иногда даже просить никого ни о чем не нужно… Хотя о чем это я? Я ведь никогда никого ни о чем не прошу…»

– Почему тебя это так заботит? – Гуффин перевел подозрительный взгляд на Заплату. – А! Постой-ка! – его осенило. – Ты беспокоишься, что твою награду разделит кто-то другой? Боишься, что Бульдог в деле?

– Ну-у-у… – заскулил Заплата.

– Во-первых, – проворчал Гуффин, – в нашем фургоне как у меня, так и у Пустого Места есть шторка по краю полки, которую в любой момент можно задернуть. А во-вторых… с каких это пор ты читаешь книжки, Заплата?

Заплата выглядел смущенным.

– Ну, Брекенбок дал мне книгу «Как не быть тупицей. Десять способов от профессора Умничества доктора Фикка». Я начал читать… Продвинулся не сильно – всего пара абзацев, но весьма…

– «Абзацев»?! – Гуффин был поражен до глубины своей черствой души. – Брось это занятие, Заплата! Книжки – совершенно дурацкое и бессмысленное изобретение, они тебе не нужны! Книжки не помогут тебе получить то, что тебе хочется, Заплата. А вот нож, острый нюх и послушание мне тебе ой-как пригодятся!

– Вы правы, сэр.

– Я знаю. Я всегда прав. А что касается нашего дела, то чтобы к трем часам ночи ты все сделал. Ты понял меня? Иначе я найду того, кто сделает. Ты ведь хотел поучаствовать в спектакле? Вот и поучаствуешь. Более того: ты сыграешь в нашем с тобой ночном спектакле главную роль.

Заплата от этих слов начал буквально трястись, словно в приступе. Он едва ли не наяву увидел, как его миленький фургончик укатывается от него прочь.

– Не извольте беспокоиться, сэр. Все будет сделано.

– Вот и славно.

– Но…

– Что еще? – В этот момент Гуффин отчасти понял всю суть тягости существования Талли Брекенбока и по достоинству оценил его терпение.

Глаза Заплаты снова алчно заблестели – даже со стороны было видно, как он себя сдерживает, чтобы не начать потирать руки в предвкушении.

– Вы не дадите мне свои часики, чтобы я знал, когда наступит три часа ночи?

– Что? – с презрением спросил Гуффин. – Не дам я тебе никаких часов! Сам угадаешь время.