Иван: Операция "Игла"

А тот прошел вместе с коротышкой до ворот, удивившись, что уже сумерки – лето же, вроде, не так много времени прошло!

Но додумать он не успел, поскольку в банке взвыла сирена, а в спину ударил крик охранника,

- Стоять, не двигаться!

Иван с облегчением остановился.

А, вот, коротышка, будь он неладен, нет!

Стремительно развернулся и, крикнув короткое злое слово, швырнул в сторону банка камешек.

Иван с изумлением смотрел, как растёт в полёте этот камушек, как идёт трещина, превращаясь в шрапнель, и ….

Охранник с коротким воплем «бл…дь!» успел упасть в дверях.

Шрапнель ударила в стеклянные двери и стену, со звоном и грохотом посыпалось бьющееся стекло, заметался по разгромленному офису женский крик.

Фургон появился из ниоткуда, словно соткался из лёгких летних сумерек, визжа тормозами остановился, отъехала дверь, и на Ивана глянули чудесные карие глаза белокожей незнакомки.

Равнодушно-жестокие глаза.

- Ларетс, шифа!

В локоть уже вцепился железной хваткой коротышка, и из-за спины красотки выглядывали - сколько же их! – такие же бородатые сосредоточенные рожи.

Иван не думал.

Он просто заорал,

- Сам вашему главному отдам! – и головой вперёд бросился в фургон. Протаранив забубённой головушкой живот кареглазой красавицы.

Жесткий, кстати, с хорошим прессом.

Невидимый водитель дал газу.

В фургоне воцарился хаос.

- Сам отдам, не трогать! Гарантии безопасности! – отчаянно орал Иван, прижимая ларец к груди.

Коротышки лупили его по спине и рёбрам тяжёлыми ботинками.

Лупили точно и расчётливо, но Иван вертелся ужом, жалея об одном – пиджак тесноват, трещит по щвамно не сдаётся, не развернёшься.

Что-то повелительно кричала кареглазая, которая явно была за старшую, проносились мимо иванова носа тяжёлые кулаки, он пнул одного из коротышек, тот исчез в темноте фургона, на его место прыгнул другой,

- Успокойтесь, сааам отдааам, дайте с главным говорить, - отчаянно отбиваясь, орал Иван.

Его не слушали.

Фургон набирал ход, выровнялся, один из коротышек отодвинул боковую дверь, а двое других вцепились в ларец, третий, наконец, приловчился и жёстко ударил Ивана в челюсть.

Не выпуская ларца, он сделал шаг назад, фургон чуть вильнул, и Иван очень ясно увидел равнодушные глаза и ствол пистолета, глядящий ему прямо в лоб.

Коротышка ударил снова, теперь снизу, под локоть, и Иван не выдержал, отпустил ларец.

Завыл где-то далеко сигнал встречного автомобиля, фургон снова качнуло, почти неслышно кашлянул выстрел.