Предельные Чертоги

Засмотревшись на каменные барельефы, Навсикая забыла обо всем на свете. Кто-то толкнул ее и грязно выругался.

— Смотри по сторонам, — строго произнес Антоний.

За воротами начинался Нижний Город. Минувшие годы преобразили трущобный лик этого муравейника, но изменения затронули в основном портовую зону. Тут, словно грибы после дождя, росли кабаки, постоялые дворы и многоэтажные бараки для докеров. Все северное побережье Бухты было оккупировано разваливающимися хижинами, глинобитными домишками, палатками и фургонами на колесах.

Фургоны пригнали южные кочевники, таборами странствующие по Кайянским предгорьям и верхнему течению Руза.

Нижний Город стал опаснее, злее и густонаселеннее, чем прежде. По ночам сюда даже стражники опасались заходить.

— Держись рядом, — процедил Антоний сквозь зубы. — Ни на шаг от меня. Поняла?

Навсикая кивнула.

— Будь настороже, — голос Келара сделался более мягким.

— Тут хуже, чем в предгорьях.

Они двинулись на юг — мимо Сортировочной Башни. Навсикая вспомнила день, когда «Мемфис» причалил к этому месту. С высоты в двести локтей Бухта выглядела игрушечной и безобидной. Словно дети великанов рассыпали внизу склады, краны, ящики и корабли со спущенными парусами. А еще — тележки и копошащихся в грязи человечков.

Теперь все иначе.

Краны и мачты высились над головой девочки, заслоняя небо.

Склады из неприметных спичечных коробков превратились в осязаемые здания с распахнутыми настежь воротами. И всюду — крики, ругань, толкотня.

Хрум настороженно втягивал ноздрями портовый воздух. Ему не нравились запахи рыбы и специй.

Антоний шагал к высокому трехэтажному зданию, в котором, судя по всему, располагалась администрация порта. Приблизившись к зданию, Келар посмотрел на девочку.

Произнес:

— Жди здесь. Никуда не отходи, ни с кем не разговаривай. Поняла?

— Да.

— Хорошо.

Антоний поднялся по выщербленным ступенькам и скрылся за дверью. Навсикая осмотрелась. Набережная Бухты Радости была вымощена камнем, между пирсами возвышались парапеты. Причалы — сплошь камень, никакого дерева. Широкие и длинные языки, врезающиеся в морскую гладь. Но главное — корабли.