Нам банши пела песенку

Слова — неразборчиво, жалобно, умоляюще. Это — Мардж? Не услышал бы — ни в жизнь бы не поверил. Звук льющейся воды, перемежаемый икотой. Потом они вышли, Марджори — с мокрым лицом, и такая зеленая, что я, грешным делом, подумал, что в родне у ней не только эльфы. Впрочем, верно, это зеленые стены на нее отсвечивали.

— Чего случилось-то?

— Чего-чего, — промямлила рохлина эльфийка. — Худо мне... здесь. И всегда было.

Дерек шикнул на меня — дескать, не вовремя! — втащил Марджори обратно в директорский кабинет, уже пустой на наше счастье, и свалил в кресло.

Я налил ей воды, и пока она пила, слушал, как стучат зубы о край стакана.

— Если бы вы знали, — бормотала Мардж, — каково быть тут слабому... и одному! Кто угодно сделает с тобой что угодно, и правды не доищешься. Маленькие когда — головой в унитаз макают, а постарше... объяснять не надо. Ябеда и ночи не переживет. Несчастный случай, мол. Только и выжить — кодлу сколотить и возглавить. Но от мыслей о смерти, которые тут всюду и всегда — ежедневно, ежечасно! — фиг спасет.

Я думала: это оттого, что я маленькая, что вырасту, и сердце оденется броней, а душа — коростой. А тут каждая облезшая труба, каждая отбитая плитка все о том же, что все хорошее... — а где мы видели хорошее-то? — смутно, одна смерть — несомненна. Да не смотри ты на меня, глаза же красные, и нос...ик... распух.

— Подумаешь, вырвало! Со всяким может случиться. Знаешь, что со мной было, когда я по дури смешал пиво с кефиром?

— Кровь Дивного Народа, — вполголоса догадался я.

— Мисс Пэк воспринимает эманации банши, которые действуют на нее губительным образом. Бессмертная жизнь, воплощенная в эльфийской крови, противоречит воплощенной смерти...

— Рен, — сказал Рохля, — ради меня, заткнись пожалуйста.

Мардж высморкалась в салфетку.

— Все бы получилось, — сказала она в нос. — Я бы забрала ее, скинула в лес и вернулась, и вышли бы все вместе, как и вошли, и никто бы нас с пропажей малявки не связал.

Дерек посмотрел на меня, а потом на нее.

— Объясните! — потребовал он.

Я тяжело вздохнул, потому что это мне предстояло объяснить.

— Видишь ли, мы с Марджори здесь не в первый раз...

С каменным выражением лица Рохля выслушал про врожденные способности моей бывшей жены, и почему мы с Мардж решились войти второй раз в реку времени. А также почему его, «зануду и Рохлю» © Мардж, мы в этот раз оставили за бортом.

— А Гедеона вы предупредили, чтобы он там ждал и принял дочку? — спросил он.