Нам банши пела песенку

— Сами посмотрите. Раз в квартал у вас прорыв водопровода, а канализация засоряется каждый месяц. Краска со стен лезет, будто ее положили прямо на плесень!

Я дернул носом и добавил:

— И не говорите мне, что вот этот запах — с кухни!

— Пригорело, бывает, — невозмутимо ответила директриса. — У нас большие котлы, сами знаете: чуть погуще варево, не промесили как следует, оно и сгорело. Но чтобы вы не думали, будто это всем сойдет с рук, дежурные по кухне воспитанники будут наказаны. Это их недосмотр.

Ну да. А если кто на мокром кафеле в туалете поскользнулся и голову об унитаз разбил, так это вина того, кто воду разлил. И почему-то интуиция мне подсказывает, что разливают часто. Ах нет, это не интуиция, это Марджори Пэк из прошлой временной петли, о которой она на этом кругу и понятия не имеет.

— Мэм, я хотел бы поговорить с вашим брауни.

— Прямо сейчас? Едва ли это возможно. Он стар и болен, и, сказать по правде, равнодушен и ленив. К тому же он получил инвалидность, а с нею — право на сокращенный рабочий день.

Воевать с ним бесполезно, другого у нас нет, и я вижу его так редко, что иной раз сама сомневаюсь в том, что он у нас есть.

Теперь понятно, почему капуста пригорела!

— Насколько я понимаю в повадках брауни, — а я должен понимать, если прикидываюсь техэкспертом, — он не может выйти прочь с подведомственной территории. Что же он делает, и почему я не могу его увидеть?

— Спит он, — банши показала в усмешке большие желтые зубы. — Забился в валенок и дрыхнет в подвале среди труб.

И ничто — даже пожар! — не сможет его разбудить. Поверьте, я пыталась.

Поверю. Но попытаюсь.

* * *

Банши спустилась со мною вниз, но ползать среди труб в поисках заветного валенка с важным свидетелем предоставила мне, сама же осталась в скудно освещенном главном проходе.

Их подвал походил на страшный сон, но я и не ждал другого. Из труб сочилась вода и собиралась в лужи на полу, клочья изоляции висели до земли, а сама земля была настолько сухой, что походила на пыль.

Вода почти не впитывалась в нее и лежала поверху, неестественно выпукло, и масляно блестела. Сами же трубы были переплетены столь часто и так низко, что я едва-едва пролезал меж ними с фонарем и отгонял от себя мысли о путешествии по драконьим кишкам. Судя по всему, их штатный брауни не слишком велик. Случись и вправду пожар, найти и спасти его будет непросто.

При пожаре о нем, скорее всего, и не вспомнят.