Моя свекровь и другие животные

Свадьбой вот… в фату сморкаться удобно, раз уж она здесь. Главное, пытать меня не пытают, на эксперименты не отправляют, а что до всего прочего… сама виновата.

- А тебе удобно?

Этот… круон был поменьше моего потенциального жениха. И кажется, помоложе. Вон, физия какая любопытная. Глаза желтые, круглые и блестят, как у кошака, который до сметаны дорвался. Смотрит и разве что не облизывается.

Но этот хотя бы одет прилично, в просторные полотняные штаны и рубаху белую, с орнаментом на вороте.

- Удобно, - ответила я, хотя сидеть на полу было несколько жестковато.

Он тоже сел, скрестив ноги, пытаясь скопировать мою обычную позу, но видно было, что получается так себе.

- Не очень, - длинный хвост скользнул по ковру. – Жестко. И кости тянет.

- А ты вообще кто такой?

- Я? – он почти искренне удивился и короткая грива поднялась дыбом. – Гарджо Одхиамбо. Я брат твоего жениха…

- Младший?

- Ага… - он погладил собственный хвост и потупился. – Ты на него очень злишься?

- За что?

- За сороконожку…

- Нет.

- А вообще? – Гарджо старательно улыбался, вот только клыки эту улыбку портили.

- И вообще не злюсь.

- А воду зачем льешь?

- Она сама, - я потерла глаза. – Чего ты хотел?

- Посмотреть, - он поерзал и признался. – Я таких как ты никогда не видел… вообще почти ничего не видел. Мама говорит, что я еще маленький, чтобы в космос летать.

- Сочувствую, - покивала я головой.

Маленький Гарджо был на полторы головы выше меня. Но мне ли спорить со свекровью?

- Маму надо слушать…

- Ага… ее не послушаешь… - он тяжко вздохнул и уточнил.

- Нет!

- Почему? Он хороший… бестолковый только. Так мама говорит. Но ее не слушай. Он очень толковый… просто… - Гарджо замолк, стиснув хвост так, что из огромной его лапищи торчала лишь темная прядка.

- Договаривай уже…

- Он женщин боится.

Это чудовище с дубиной боится женщин? Наверное мое удивление было слишком уж явным, если Гарджо развел руками и пояснил:

- Когда он был маленьким, к нам часто приезжали матушкины сестры… и каждая трепала за щечку.

Я опять покивала.

Тетушки и щечки, это да… это повод… к счастью, у моей матушки не было ни сестер, ни подруг, которые бы интересовались мною, а бабушкины являлись не так уж и часто, чтобы травмировать мою детскую психику стихами с табуретки, глупыми вопросами на тему любви к родителям и прочими бесчинствами, что взрослым видятся милыми.

Жениху, выходит, не повезло.

- Сочувствую…

Гарджо выпустил хвост и сказал:

- Я от них сбегал.