Мурр. Книга 2

- Что с тобой, Василисушка? – испугался Кащей, когда я дохромала до бального зала.

- Ушибла ненароком, – честно призналась я.

- Бедняжка! – Кащей стремительно присел и обхватил пальцами мою лодыжку. По ноге приятно запульсировали, чередуясь, тёплые и прохладные волны. Невыразимо приятные ощущения! – О, да у тебя серьёзный ушиб! Потерпи, милая, сейчас будет легче! Вот так … Лучше?

- Гораздо лучше! – благодарно улыбнулась я, – Теперь я могу танцевать и не скрипеть зубами при этом! Спасибо, батюшка!

- Не стоит, – отмахнулся Кащей, – Ты береги себя.

Ты же у меня одна-одинёшенька. Родная кровиночка!

И по щеке злодея покатилась самая натуральная слезинка. Вот, гад! Я лучезарно улыбнулась мерзавцу и мы под ручку вошли в зал.

Это было гениально! В прошлый раз в зале было полно народу и стрены выглядели стенами. Изукрашенными богатой лепниной, вычурными багетами, в котрорые были вставлены редчайшие картины, но всё же, стенами. Теперь же не было видно ни лепнины, ни картин, вообще ничего.

Ровные словно стеклянные, стены, где за стеклом танцевали призрачные пары, играли призрачные музыканты, сновали призрачные официанты с подносами … Мало того, что сам зал стал казаться безграничным, но он стал казаться полным народа! Было совершенно невозможно сосчитать, сколько в зале реальных гостей, двадцать или двести. Или двести тысяч. Реальные люди совершенно растворялись среди людей призрачных. Мои аплодисменты, господин Кащей!

Опять не было долгих речей.

- Давайте веелиться, господа! – пригласил Кащей, и пары закружились в танце.

Мы с Анджеем лихо проскакали подряд три мазурки и один вальс, когда к нам подошёл Кащей.

- Господин Полонски, – негромко, улыбаясь, произнёс он, но я всей спиной почувствовала, как насторожились все уши в радиусе десяти шагов, – Прошу сегодня не слишком утомлять мою дочь. Она повредила стопу. Не расстраивайтесь, господин Полонски! Надеюсь, это не последний бал, где вы встретитесь!

- Я так спешила на бал, что подвернула лодыжку! – пояснила я Анджею и повернулась к Кащею, – Не волнуйтесь, батюшка, пан Анджей ведёт в танце так бережно, что я просто летаю!

И мило улыбнулась обоим.

Брови Кащея на мгновение подпрыгнули, но сразу вернулись на место.

- Эх, молодёжь! – ностальгически вздохнул он, – А, ведь, были когда-то и мы рысаками!

И злодей помигнул. Дескать, на словах он уже не рысак, а на деле-то, ещё ого-го!

Между прочим, нога у меня опять разболелась.