У каждого Тёмного Лорда...

— Думаю, мы не раз еще увидимся, Гарри. А пока навести мистера Шеклбота, это наверняка будет очень полезный визит.

— Спасибо, сэр, я так и сделаю.

В окно влетает прекрасная птица с длинным огненным хвостом. Феникс! Он делает круг по комнате, задевает крылом мою щеку, а потом садится на плечо к профессору Дамблдору.

— Профессор, это ведь Фоукс?

— Да, Гарри, это он. Думаю, он рад, что ты узнал его. Предваряя твой вопрос: нет, конечно, Фоукс не умер, ведь фениксы бессмертны. Просто им, в отличие от нас, совершенно все равно, где находиться: среди живых или среди мертвых.

Прекрасные птицы, не правда ли? До встречи, мой мальчик.

Профессор и Фоукс исчезают в огненной вспышке, а я просыпаюсь.

— Он назвал меня «мой мальчик» всего один раз, когда прощался. Интересно, это что-нибудь значит? — вслух спрашиваю я.

— Очень познавательно, Поттер. Ты всегда пересказываешь свои сны всем, кто под руку подвернется? — вот только Малфоя мне спросонок и не хватало!

Я надеваю очки, приподнимаюсь и обнаруживаю, что в кресле рядом сидят Рон и Гермиона, в соседнем примостился Малфой, у подоконника возится с каким-то горшком Невилл, а в ногах у меня сидит Джинни.

— И снова доброе утро, — улыбается она.

— Надеюсь, он сказал тебе что-нибудь существенное? — интересуется Гермиона.

— Сказал. Правда, я не задал ему ни единого вопроса из твоего списка.

— Вот видишь, я же говорила, что не получится! — Гермиона торжествующе смотрит на Джинни.

— Пронести его с собой мне удалось, и ручку тоже, — Джинни показывает Гермионе язык.

— А вот прочитать, что там написано, не получилось. И я почти уверен, что это из-за того, что я его не прочитал перед тем, как заснуть. Ты поторопилась.

— Обидно, — Гермиона задумалась на пару секунд. — Но ты же можешь еще раз туда отправиться?

— Не сегодня. Сегодня мне еще кое к кому надо…

— Мне одному кажется, что все свихнулись на снах Поттера? У вас других тем для разговора нет?

— А ты заткни уши и не слушай, — строго говорит Рон.

— Да ну вас всех, — фыркает Малфой, встает и уходит.

Ну и слава Мерлину.

— Психованный он все-таки, — пожимает плечами Рон.

— Мне кажется, ему просто обидно. Мы тут явно что-то важное обсуждаем, а объяснять не хотим, — вступается за честь Малфоя Гермиона.

— Ну так спросил бы, если так интересно.

— А он и спросил. Два раза. Подразумевалось, наверное, что после его высказываний про сны мы ему расскажем, что на самом деле происходит.

— С ума сойти, как у некоторых все сложно.