Святоша. Путь защитника

Мало того, желая показать свою крутость, сдал несколько лазеек в императорской башне, в которой часто бывал.

Думается мне, что именно поэтому Змееловы и согласились. Клановцы получили доступ туда, куда до этого было не проникнуть, помимо немалой суммы и замаранного в преступлении княжича. Боги, ну какой же идиот...

Верить в то, что князь Воронецкий был в курсе, я отказывался. Да любой более менее соображающий человек никогда такого не допустил бы. Но, как говорится, в своём глазу бревно он всё таки не заприметил.

Вряд ли любил сына настолько, что ослеп. Скорее верил в свой нерушимый авторитет.

Святые угодники, ну и в змеиное гнездо я залез! Воронецкие для меня теперь ещё большая проблема, хотя казалось куда уж больше. Башка конкретно уже разболелась, но думать о том, что делать с княжичем, надо позже.

Змеелов, рассказав мне всё, смотрел с надеждой, ожидая. И, когда я встал, спросил:

— Теперь ты меня отпустишь?

Ответил я уже у двери, прислонившись горячим лбом к холодной металлической поверхности:

— Да, как и обещал.

Но выбираться из города будешь сам.

— Что? В смысле из города? Зачем мне выбираться из города? — затараторило за спиной.

Стул скрипнул, парень явно вскочил от такой новости. А я обернулся и теперь вздох не был наигранным:

— Захар, ты попался. Взяли тебя тихо, но сложить одно к другому будет легко. Свои же и прибьют.

— Но ты же сказал, что отпустишь! Что я выживу! — в голосе начали появляться истерические нотки, до парня стало доходить реальное положение дел.

— Я и отпускаю. Именно это я сказал. Что отпущу, а не что сделаю так, чтобы тебе при этом помочь выжить. Я могу помочь, но ты сам отказался.

— Я? Я не отказывался. Когда я отказался? — к истерике добавилась неуверенность.

— Давай честно, — я вернулся и уселся на стул, жестом указав пленнику тоже сесть, и дождался пока тот немного успокоится. — Мне нужен человек внутри клана, который сможет сообщать мне информацию о Воронецком. Только о нём или о том, что может повредить мне лично.

Ваши внутренние дела меня не волнуют, у меня своих полно. Ты назвал это крысятничеством, право твоё, заставлять не стану. Но искать нужного человека не перестану. То есть имя княжича всплывет, так или иначе. Этот факт сведут с твоей пропажей. Поэтому я и говорю, тебе надо срочно уехать из города. Извини, но больше для тебя я ничего сделать не могу.

— Но... — Захар осекся, начав понимать.

Его лицо залило краской гнева, кулаки сжались.