Непослушная игрушка

А кто здесь первый кандидат для такого развлечения? Я рывком выдернул нож из шеи убитого и приготовился дорого продать свою жизнь. Но на меня никто не смотрел – всё внимание теперь почему-то было обращено на задир. Те стояли неподвижно, но смотрели только на меня и убитого. Затем вдруг взвыли и прямо на наших глазах стали превращаться в нечто страшное, лишь отдалённо напоминающее человека. А потом начался ужас. На них бросались с мечами и ножами, но теперь они не церемонились и не играли в поддавки. С лёгкостью уклоняясь от чужих ударов, сами одним ударом ломали руки, ноги, разрывали тела.

Скоро всё вокруг было залито кровью. Один сдерживал, а второй направился ко мне. Почему-то в моём направлении его никто задержать не пытался. Мы замерли, разглядывая друг друга. Лица у задиры не стало, превратившись в морду дикого зверя, напоминающего волка. Огромные клыки, пасть, только глаза остались прежними. От такого противника я бы предпочёл сбежать, но за спиной стена, да и Верона тогда живой отсюда точно не уйдёт.

Пара секунд настороженного рассматривания, затем он бросился. Я отмахнулся ножом, и он еле уклонился от удара в горло.

Снова пара секунд разглядывания и новый бросок. На это раз я сам шагнул навстречу, прямо в объятия когтистых лап. Клыки уже у моего лица, но я успел всадить нож ему в живот и рывком вспорол до самого горла. Короткий, полный боли вой, недоумение в глазах, и зверь, цепляясь за меня, сполз на пол.

Снова взрыв тишины в зале. Последний из зверей смотрит на меня, на тела на полу, затем, взвыв от ярости, бросается к двери, и, расшвыряв тех, кто пытается его остановить, вырывается на улицу.

Теперь уже там крики, шум, но они быстро удаляются.

Я обессилено прислонился к стенке. Вроде, всего несколько ударов, но чувствовал я себя словно после разгрузки вагона с цементом. В горле пересохло, голова кружится, ноги подгибаются. Когда ко мне подошёл Текло, я уже в третий раз за вечер приготовился умереть – поводов для новых подозрений я дал предостаточно, а руки налились такой тяжестью, что не поднять.

Медленно отступил назад, но ноги не держали, и я сполз по стенке на пол.

Но Текло не стал меня убивать. Внимательно осмотрел, что-то сказал своим, но ко мне даже не прикоснулся. Затем дал команду, люди подхватили убитых мною зверолюдей, выволокли на середину зала и принялись рубить. С мрачной яростью, матами и непонятными проклятиями, будто вымещая свои старые страхи и ненависть.