Первый практикум. Напиток бессмертия.

Но ребята-то ничего, созванивались потом. Всех по обмену куда-то отправили, только молчат, как партизаны. А Ирины Валерьевны след простыл… Никто ничего не сказал. Практик больше по физике в том году не было.

– А что милиция? – спросил Виктор.

– Мы не видели никого… В смысле, милиционеров, – ответил Ян. – Может, и не было расследования.

– Наверное, расследование велось без огласки. Да не может такого быть, чтобы человек пропал, а никому и дела нет! – Виктор даже махнул рукой.

– Может, может, – улыбнулся Кривов.

– Отличная попытка, Кривов! Думал меня напугать? Не вышло! – выплюнул Виктор. – Низко, Кривов, очень низко. Всё! По домам, хороших выходных.

Ребята засуетились. Виктор в сердцах сгрёб кучу лазерных указок, пирамидок и другого хлама со стола в рюкзак одним махом. Не глядя на Сашу, он промаршировал к выходу первым и коснулся ручки двери. В этот момент свет в классе погас.

Школы за кабинетом не было. За порогом Виктор увидел небольшую лесную прогалину. Прямо за дверью росли деревья, кусты, травы и цветы. Ветви переплетали лианы, в которых что-то копошилось. В лицо пахнуло тропической сыростью.

Жара мгновенно окутала Богданова. Яркое солнце пробивалось сквозь полог листвы, травы весело шуршали на лёгком ветерке. Жирную чёрную землю устлала размокшая жухлая листва. К солнцу тянулись какие-то пальмы, папоротники и другие растения, которых Виктор не узнал.

Ничто не желтело к осени, наоборот – здесь было вечное лето. Стволы и пни покрывал влаголюбивый зелёный мох. С листьев срывались сверкающие в солнечных лучах капли и звонко падали в прозрачные лужи, будто совсем недавно здесь прошёл дождь. В зарослях что-то чирикало, свистело, орало и чавкало, с ветки на ветку перелетали птицы. Неподалёку Виктор увидел невысокую худенькую очень смуглую девушку в каких-то цветастых одеждах. Она, звеня браслетами, собирала в неглубокую плетёную корзину низко висящие плоды, напоминающие смесь зелёного яблока и незрелой шишки.

Ошарашенный Виктор застыл памятником, только моргал и вращал глазами в попытках охватить взором всю картину целиком. У него определённо галлюцинации. Сначала мадагаскарские бабочки, летающие собаки, вечный двигатель, а теперь вот это. Его прошиб холодный пот. Девушка подняла глаза, в ужасе вскрикнула, взмахнула руками, плоды посыпались на мокрую землю.