Внучка берендеева: Второй семестр

- Нам пятый год пошел, когда усадьба запылала. Перед тем приезжал человек в деревню, выспрашивал все про боярина, про матушку. Про то, откуда у незамужней боярыни дети взялись, про царя, вправду ли был и когда… ему рассказывали. Отчего ж не рассказать… а седмицы не прошло, как уехал, и выбрались из лесу лихие люди. Это я уже и сам помню… хорошо

- Волки…

Елисей с трудом подтянул левую ногу к груди и принялся тереть мышцы. Небось, задеревенели.

- Да, братец… если бы не волки, были бы мы с тобой… точнее, не было бы ни тебя, ни меня, - Ерема старательно отводил взгляд.

Не впервой ему было видеть, что скрюченные пальцы на братовой руке, что упрямое, но при том болезненное выражение его лица. – Волки выли… дед Архип все повторял, что не к добру это. А нянька молилась. Я же… я понять не мог, что страшного. Мне волчьи песни были по душе… баюкали…

- Они из лесу вышли. Конники. Две дюжины… лихие люди… как же… видывал я разбойников, - Елисей перешел к правой ноге. Тер он ее зло, едва ль не драл скрюченными пальцами.

– Оборванцы. Голодные. Одичалые. В лесу лошадь – роскошь… и обуза… ее кормить надо… за ней ходить надо… ее скорее сожрут, чем… а эти – все верхами.

- В личинах.

- Призраки… слету стрелами… выкосили… людей мало… пяток холопов… девки, маме на хозяйстве помогавшие… этих не убили сразу… забавлялись… дед наш… он пьяный был, но вышел, заступил дорогу… а его слету палашом. Покатилась голова.

- Мы к волкам сбежать хотели, - виновато произнес Ерема. – Они же звали… Агафья, нянька наша, все говорила, что у волков – не как у людей.

Любопытно стало глянуть. Мы и дождались, пока заснет. Выбрались во двор… видели…

- Как деда к коню привязали и по двору тягали. Как Агафью копьями… старая была… Архипа, который за нами с малого ходил, смолой облили и подожгли…

- Маму…

- Она кричала. Отца звала… мы думали, что деда… мы в дровах спрятались. Не знаю, может, Божиня глаза отвела, может… нас искали… дом перевернули весь… нашли бы, конечно… кто-то сказал, что надо поджечь, тогда или вылезем, или сдохнем, - Елисей говорил коротко, жестко.

И лицо его поплыло, заострились черты, вытянулись, и кольцо вокруг сердца задрожало. – Так и сдохли бы… в дыму… в огне… на копьях… не важно…

- Он пришел. Дед наш… другой. Он привел стаю. Два десятка оружных конников… это много даже для волков. Но стая… они… не выли… шли тенями… пришли и… люди не поняли, что… почему… полыхало… а волки…

- Сожрали ублюдков, - спокойно произнес Елисей. – Я помню.

- Я тоже.