Шолох. Теневые блики

И она преуспела. Ты помнишь её прическу? Тоже ведь ничего так. И, по свидетельствам очевидцев, волосы отросли за пару месяцев. Очень интересно, не находишь?

Я уселась во второе кресло – фиолетовое – и подтянула ноги к груди.

– Получается, из‑за этого баргест явился к Цфат? Дриада вместе с гребнем заполучила частицу королевской энергии и стала как бы «своей», сошла за срединника?

Полынь довольно кивнул:

– Умничка. Да, как всегда, всё дело в унни. У каждого существа – муравья, человека и бога – есть свой энергетический отпечаток, и магические твари ориентируются в первую очередь на него.

Ну, что ж, дело закрыто. Иди во дворец.

Он вручил мне предписание на арест и наручники, а потом, как ни в чём не бывало, залез на подоконник, накрылся пледом и углубился в изучение каких‑то документов.

Я растерялась:

– Погоди. Но ведь это не такое страшное преступление – украсть старый гребень! Может, не надо ареста?

– Так. – Внемлющий вздохнул и со значением посмотрел на меня. – Я скажу это только один раз, но запомнить ты должна навсегда.

Шолох – правовое государство. Наказание за нарушение закона у нас неизбежно. Это, считай, основа основ. Любой должен понимать: пошёл на преступление – поплатишься. Иначе люди станут надеяться: ой, а вдруг не поймают, а вдруг пожалеют… Нет. Мы поймаем и не пожалеем. Иначе всё покатится к праховой бабушке. И можешь не волноваться – Цфат грозит всего лишь полдюжины дней тюремного заключения, потом – свобода и никаких пометок в личном деле. Дело и впрямь пустяковое.

– Хорошо, – кивнула я. – Мысль про неизбежность наказания мне нравится.

Говоря это, я скрестила пальцы за спиной.

– Вот и я люблю порядок, – кивнул куратор и небрежно бросил на пол прочитанный документ.

Наверное, тоже пальцы скрестил.

* * *

– Нет! Не надо! – шарахнулась от меня Цфат, когда я выдвинула ей обвинения.

– Мне очень жаль. Но вы пробудете в тюрьме совсем недолго. Это как в угол встать – неприятно, но не смертельно. – Я обошла побледневшую дриаду и достала наручники.

Когда они оказались на запястьях Цфат, пришло время побледнеть мне… Пепловы наручники запирались волшебством: чтобы закрыть их, нужно было приложить магический замок к татуировке Ловчего.

Тресни эта земля окаянная!

Уже при самостоятельном проходе во дворец у меня возникли трудности из‑за отказывающегося сиять изображения. В итоге гвардейцы согласились пропустить меня по обычному значку. («Это новая татуировка, господин. Ей нужно время, чтобы активироваться».