Провал 1

– А чего они так? – кивнул Виктор на наших соседей, с удовольствием доедая свою порцию, которую я оставила ему прямо в котелке.

– Жизни не знают. Думают, что можно выжить в одиночку. Вот пусть пробуют.

– Я посуду помою и воды для чая наберу, – подхватив пустой котелок, парень скрылся за кустами.

Почти сразу Люся с Нюсей защебетали:

– Вы его всю дорогу кормить будете? Может, и нас на довольствие возьмете?

– Знаете, девочки, такого мужчину грех не кормить. Тем более что он и сам не зажимает свои припасы.

А случись чего – и на плече потащит. А вас кормить – как того волка. Поест, загрызёт и в лес убежит.

* * *

С крыльца я шагнула в маленькие сенцы и с громадным облегчением скинула на лавку свой рюкзак. Заглянула в приоткрытую дверь. В доме было сумрачно и прохладно. Пахло сухими травами и чем-то холодным. Так могли бы пахнуть снег или лед, если бы они имели запах. Я хотела подождать, пока глаза привыкнут к полумраку, но тот же голос приказал:

– Иди к ней.

Затаив дыхание, перешагнула порог, и дверь за спиной закрылась.

Почти вслепую начала красться на слабый свет, и рука, вытянутая для безопасности, наткнулась на занавеску. Отодвинув плотную ткань, прошла в маленькую комнатку. Здесь было светлее от лучей, пробивающихся сквозь неплотно прикрытые ставни. Большая кровать, стоящая у стены, занимала почти всё пространство, а на ней лежала маленькая, сухая, как мумия, старушка. Седые редкие волосы почти не прикрывали череп. Смуглая кожа на руках и лице была похожа на сильно смятую и плохо разглаженную бумагу. Но все это смазалось, когда старуха открыла глаза, наверное, почувствовав моё присутствие. Глаза не были большими, но они были необычайно яркими. Не цветом, а светом. Бледные губы растянулись в улыбке и прошептали:

– Пришла.

И, кажется, даже эти незначительные усилия забрали остатки жизни из тщедушного тельца. Бессильно прикрыв глаза, на грани слышимости она прошелестела:

– Возьми книгу, – и слегка шевельнула головой в сторону стены.

Проследив взглядом её движение, я заметила, что из-под подушки, упираясь уголком в стену, выглядывает массивный фолиант. Даже в полумраке было видно, что корешок сильно потёрт и множество страниц имеют закладки.

– Возьми, – хоть и тихо, но с силой повторила женщина. И опять, как под гипнозом, я стала выполнять чужую волю. Для этого мне надо было нагнуться и потянуться через всю ширину кровати над тельцем умирающей.