Внучка берендеева: Летняя практика

- Ты, девка, - она уж шипит, слюною брызжет, что сковородка жиром, - говори, да не заговаривайся… делай, что велено!

- Кем велено?

- Мной!

- Когда велено? – и гляжу так ясненько…

- Сейчас!

- Да?!

…была у нашее боярыни серед дворни девка одна, за редкую красоту взятая. Волос золотой, глаз – синий, личико чистое. И сама-то она, что лучик солнечный, завсегда ясна и приветлива. Вот и позвали в усадьбе служить. Только ж оказалося, что все у ней в красоту ушло. В голове ж пустотень… начнут ей поручение давать, она глядит, глазищами хлопает и улыбается.

Что она мне вспомнилася?

- Ты… - Маленка ажно дар речи потеряла. – Ты… тут не шути мне!

- С кем?

- Думаешь, самая умная? – Маленка вцепилась мне в руку и пальцы сжала, выкрутила. От же ж, боярыня, солидность иметь должна урожденную, а она щиплется, как гусак паскудный. – Ничего, дорогая, скоро поймешь, с кем связалась… все вы поймете…

И сгинула.

Чего хотела? Я книжицу-то отряхнула, положила на тряпицу чистенькую да возвернулась. Как там Люциана Береславовна сказывала? Самообразование – ключ к успеху.

Вот и будем оный ключ ковать… капиталу головную множить.

Пригодится, чай.

…не, к свеям не поедем. У них бабы уж больно хороши, если описаниям верить. Лицом белявые, волосами пышные… баб мне и ноне хватает. Может, к морю?

Арей объявился ближе к полудню, когда я до страны-Кибушар дочитала. Про нее нам, помнится, Милослава сказывала, да как-то коротенько. В книжице-то про этую страну добре расписано было, что, мол, лежит она на песках, а в тех песках родники живые, и на каждом роднике свой царь сидит.

И у него – жен столько, сколько прокормить он способный. У одних – дюжина, у других – ажно и пять дюжин.

Туда мы тоже не поедем жить, а то мало ли…

…вот отчего так, что у азар, что у кибушаров, что у иных многих народов одному мужику много жен позволено брать. Но нигде нету такого, чтоб одной бабе двух аль трех мужей прибрать можно? Иль с того сие, что ни у одной бабы в здравом розуме на двоих мужиков нервической силы не достанет?

- Здравствуй, Зослава, - Арей сел рядышком и протянул леденца на палочке.

Простенького такого петушка, которого из сахару варят да с соками разными. И соки леденцы в разные колеры красят. Нынешний был золотым, полупрозрачным и до того сладким с виду, что рот слюною наполнился.

- Спасибо.

Петушок был духмяным. И значится, не только сахар, но и меду не пожалели.

- Что у вас за беда приключилась?

- Где?

Арей тяжко вздохнул.