Внучка берендеева: Летняя практика

- Веник, - говорю, - там.

И в сторону печки пальцем указала.

- Намусорил – подметай.

Кирей за пальцем моим головушку повернул, бровку приподнял. Еще б рогу поскреб, притворяючися, что не разумеет об чем я туточки. Ага, как тайны и заговоры, так он поперед иных прется, а как пол месть, то и разом понимания лишается.

- И вот я подумал сперва, что надо бы кого на помощь кликнуть… а потом подумал, что, может, и лишнее это будет, - Кирей орехи в кошель ссыпал. – Что полежит Зослава и сама вернется. Чай, не трепетная она барышня, которая во снах заблудится способна…

- Надобно тебе чего?

Я веника взяла и самолично Кирею поднесла.

С поклоном протянула. Он вздумал было от этакое чести отказываться, да у меня не забалуешь.

Пришел.

Натоптал.

Орехов налузгал, пока я тут по снам гуляла, так будь добр хату до порядку довести.

- Надобно… - Кирей веник взял двумя пальцами с видом таким, что впору мне, девке сущеглупой, усовеститься крепко.

Не усовестилася.

Он встал.

Вздохнул.

- Надобно переговорить… только не здесь… и еще, Зослава… скажи, как тебе спалось на новом месте? Чего снила?

- Тебя, - не стала я душою кривить.

– С головой отрезанной… прочих мертвыми… или вот Арея с боярынькой этою…

Нахмурилася. Вот как бы ни в руку сон этот случился.

- Ревнуешь? – поинтересовался Кирей и веничком по полу мазнул. Этак, легонько, гладючи. Кто ж так метет-то? Пылюку одно гоняет.

- С чегой мне ревновать?

А сама-то хмурюся, сон вспоминаючи. Не про первый бы мне думать, который одно – глупство, но про второй, в коем упреждение видится.

Не справлюся, и все сгинуть.

- Не знаю…

- Ты мети-мети…

- Злая ты, Зослава… еще не поженились, а уже помыкаешь. Что ж после свадьбы-то будет? Даже сочувствую я племянничку…

И шась веником влево.

После вправо.

И вновь влево.

- А мы тут все сны видели… интересные… Елисей – как своим братьяем горло рвет и в крови валяется… Емелька – что горит заживо… Евстя медведя… и вот интересно мне стало, с какой такой напасти эти массовые кошмары приключились. Прежде я как-то особо чувствительным не был, а тут…

Спрашивать, чего ему снилось, я не стала.

Не расскажет.

- И вот подумалось, что неспроста это… я без сил. Емелька еле ноги тягает… а девицы наши, раскрасавицы, с утра похорошели, порозовели… вьются вокруг Егора.

Веником Кирей махал, что саблей, старательно да с оттягом, но чище с этое работы в хате не становилося. Я же косу переплетала.

В лицо водой студеною плеснула, которая – найпервейшее средство от всяких бед и снов дурных.