Первое правило стрелка

Реджи был не из тех, кто останавливается на полпути. Передергивая затвор дробовика, он углублялся в чащу.

Примерно после сорокового выстрела, привлеченный шумом стрельбы, из-за деревьев вышел старичок-лесовичок. На взгляд стрелка выглядел он как гибрид человека с кабаном-бородавочником, разменявшим вторую сотню лет.

— Чего шумишь? — спросил старичок-лесовичок. — Тут ты шумишь, там богатыри палицами машут. Видать, смерть Кощеева кому-то позарез понадобилась.

— Есть такая тема, — сказал Реджи.

— Давай хоть поздороваемся поначалу, что ли, — сказал старичок-лесовичок. — А потом и о смерти Кощеевой поговорим.

— Давай, — сказал Реджи.

Старичок-лесовичок сдернул с головы шапку, бросил ее на землю, трижды на ней подпрыгнул и заорал:

— Мотать мой лысый череп, кого я вижу!

— И тебе привет, добрый человек, — сказал Реджи. Он долго путешествовал по разным мирам и эксцентричным поведением его было не удивить.

— Вот и поздоровались. — Старичок-лесовичок подобрал шапку, водрузил ее на место и сел на пень. — Ну и зачем тебе смерть Кощеева, безобразник?

— Люди попросили, — сказал Реджи.

— Что за люди? Почему я не в курсе?

— Просто люди, — сказал Реджи.

— И это дает тебе право ходить по моему лесу, греметь, гробы бить и зверье пугать?

— Извини, — сказал Реджи. — Так уж получилось.

— Неправильно получилось, — сказал старичок-лесовичок.

 — Что вы за народ такой, человеки? Все бы вам ломать да разбивать. Чем больше шума, тем интереснее, да? А мог бы просто ко мне прийти, чайку попить, о жизни поговорить. Глядишь, и сказал бы я тебе, где смерть Кощеева.

— Ну и где она?

— А вот теперь не скажу, — заявил вредный старикан. — Ты в лесу такого шороха навел, мне неделю разгребать. Зайцев да белок вернуться уговаривать. Я что тебе, психоаналитик какой-нибудь, что ли? Оно мне надо, жалобы со всех сторон выслушивать?

— Если ты не скажешь, я дальше шуметь начну, — сказал Реджи и в качестве подтверждения своих слов шмальнул из дробовика.

Не прицельно, а просто так, для эффекта.

— Нехороший ты человек, — сказал старичок-лесовичок. — Только зря ты тут шумишь. Кощей-то не дурак, раз столько лет прожил. Нету в моем лесу его смерти.

— Как это нету? — удивился Реджи.