Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

С тонких пальчиков слетели ядовито-зеленые искорки, и зелье осыпалось на пол блестящими кристалликами. А Кукусильда рухнула на не успевшего увернуться Куся и тут же захрапела. Карлик прикорнул у стола, и в лавке стало тихо.

— И того, который снаружи — тоже, — хрипло выдавила я.

Спустя миг стараниями Фийоны сквозь двери внутрь проплыл второй карлик, и был уложен рядом с товарищем.

Кое-как доковыляв до стола, я тяжело оперлась о столешницу, едва не выронив бумаги из трясущихся рук и отупело уставилась на храпящую купчиху.

— Отлично! — стоном вырвалось из груди. — Вот что мне теперь делать?

— Как что? — изумились в один голос призраки и фея.

— Арестовать мерзавку и вся недолга, — кровожадно усмехнувшись, прошелестела Анисия.

— Ася дело говорит, деточка, — поддержал её Врочек. — Свидетели у тебя есть, доказательства, вон, в руках мнешь…

— Я что, похожа на Вилька? — нервно хихикнула ваша покорная слуга.

Смешок вдруг превратился во всхлип.

— Щас! — пискнула Фийона. — Щас будет! — И стремительно вылетела через приоткрытые двери.

Из записок Бальтазара Вилька, капитана Ночной Стражи

С тех пор как вытащили последний обескровленный труп из тайного подвала музея, я не подходил к нему ближе, чем на сотню шагов. От одного вида его серого купола и жёлтых, будто кости, колонн, начиналась изжога. Да и насмотрелся уже на произведения искусства. По-настоящему ценить их начинаешь только тогда, когда окончательно и бесповоротно разочаровываешься в людях.

У главного входа, несмотря на поднявшуюся метель, собралась возбуждённая толпа бездельников, готовых пялиться на всё что угодно, лишь бы ничего не делать.

Такие будут глазеть и на меньшую дурь, а уж прослышав про призраков, полезут хоть в сердце урагана. Слухи в Кипеллене, как моровая зараза, распространяются, не замечая стен Управления, что уж для них музейные. Ещё небось и о пропаже несчастного Тарунды прослышали.

Пришлось пробираться к Постромкиному переулку, и стараться не оскользнуться на раскатанном в лед снегу.

Но пробиться сквозь гудящую толпу к тому самому чёрному ходу, на крыльце которого я чуть не отдал богиням душу в лапах смешливицы, оказалось не так просто. По дороге наслушался нелепых историй об оживших мертвецах, их смертельных тенях и том, что в потайных подвалах пропал капитан Ночной стражи. Уверен, что если их не разогнать, то к вечеру окажется, что в музее заблудился сам пресветлый князь.

К счастью Бырь не подвёл, даже оставил часового у чёрного хода.