Зовите меня Бес!

А я должен? Просто скажи, почему ты молчал?

— Ради тебя, сын!

— Ты думал, я буду оскорблен? Чем? Тем, что мой отец наконец стал счастлив и перестал хмуриться?! Жизнь подарила тебе второй шанс, а ты! Ты так бездарно его упустил! Да и я бы не относился бы к Тауриэль так… как отношусь, зная, что она мне… кто она мне! Ты чуть не сломал мою и свою жизнь из-за… из-за чего? Из-за того, что стал бы менее величественным, будучи просто счастливым? Из-за того, что мог побыть просто эльда — не королем? Бродить хоть иногда за руку с любимой под сенью нашего леса!

Леголас задумался, обведя залу горящим взглядом.

— Кто ее мать? Тауриэль рыжая… Сильвиэль! Травница! Вот почему она уехала. Тауриэль, я тебе обещаю — я отыщу ее! И привезу к этому гордецу и спесивцу.

— Дорогой Леголас, я выполнил нашу часть уговора? — вклинился Тирион в экспрессивную речь наследника.

— Вне всяких сомнений, — сказал Леголас, обнимая Тауриэль и улыбаясь отцу.

Глава 18. Уход гномов, или Третье побеление Трандуила

— Вы свободны! — сказал принц, и дверь камеры, где находился Торин, открылась без скрипа.

Гномы прижались к решеткам, высунув наружу длинные носы и даже часть бород самого разного цвета и размера.

Подле камеры Торина стояли — довольная Тауриэль, спокойный Тирион и смущенный Леголас.

Король-Под-Горой продолжал сидеть, опершись спиной о стену узкой камеры.

— Я могу узнать, что Трандуил хочет за это? — неторопливо спросил он.

— Ничего, — поспешил ответить Леголас. — Более того, мы дадим вам плоты, и вы сможете добраться до…

— Нас выпускают! — загомонили гномы.

— Тирион, что происходит? — все также медленно спросил Торин. 

— Все… все в порядке, — ответил Тирион, но не выдержал прямого взгляда и опустил глаза. - Почти в порядке.

— В чем подвох? — спросил Торин, обращаясь теперь к эльфу, так как Тирион, очевидно, раскрывать подробности чудесного освобождения не торопился. А что подробности были важными и интересными, Торин понял сразу.