Целительница

Все это время я держалась рядом с Ринделом, закрывала нас с ним магическим щитом и даже пыталась отстреливаться сфероидами, но те у меня выходили слишком слабыми. Едва мимо нас пронеслась последняя повозка, мы пришпорили лошадей и помчались следом. Ветер засвистел в ушах, сзади яростно тренькала спускаемая тетива луков. Этот звук подстегивал лошадей, так что их даже не требовалось подгонять.

Кони неслись, не разбирая дороги, не обращая внимания ни на седоков, ни на упряжь. Но погонщикам на повозках приходилось гораздо хуже: их трясло и мотало из стороны в сторону, на такой бешеной скорости притормозить или повернуть лошадь было уже невозможно.

Теперь, если повозка налетит на какой-нибудь куст или камень, ее перевернет и разнесет в щепки.

Так и случилось. Самая последняя повозка наскочила на невидимое препятствие, взлетела в воздух, перевернулась и, грозя придавить несчастную лошадь, помчалась вниз. Слава Десятерым, оглобли переломились во время кульбита, и лошадь вырвалась вперед. Вознице повезло, он не выпустил поводья, и его мощным рывком выбросило из обреченной повозки.

С ужасающим скрежетом она приземлилась прямо за ним и развалилась на куски. Крепко вцепившись в поводья, возница проехался несколько шагов по земле и разжал руки. Шатаясь, поднялся на ноги. Я начала придерживать свою лошадь, чтобы взять несчастного в седло, но неумолимо свистнула стрела, вонзившись прямо в глаз возницы. Выругавшись, я вновьподстегнула лошадь и помчалась дальше, стараясь не отставать от Риндела.

Не замедляя бешеного галопа, мы влетели в ворота.

Стражники убедились, что мы последние, захлопнули тяжелые створки и наложили засов – огромный брус шириной почти в три мои ладони.

Тяжело дыша, Риндел привстал на стременах и оглядел свой караван. Слава Десятерым, убитых было только четверо – во время этой бешеной гонки погиб еще один возница и один из стражников – и разбилась только одна повозка. Небывалая удача для такого сумасшедшего предприятия.

- Как ты? – обратился ко мне Риндел.

- Все хорошо, - я провела ладонью по лицу, в тщетной попытке стереть из памяти кошмарные сцены, что все еще стояли у меня перед глазами.

Измученный погоней, караван черепашьим шагом потащился на городскую площадь к одному из амбаров, где прибывающие в город торговцы могли расположиться на ночлег. Возницы и стража занялись расседлыванием лошадей и распаковкой вьюков, а Риндел не успокоился, пока не подошел к каждому члену своего каравана и не убедился, что все целы и невредимы.