Хозяйка серых земель: Люди и нелюди

На счастье Эржбеты, о встрече оной напомнила дама-секретарь, которая явилась заблаговременно… в общем, отпустили, заверив, что всенепременно продолжат беседу после встречи… или завтра…

Дверь в комнату Эржбета открывала с немалой опаской, мучимая дурными предчувствиями. И интуиция ее не подвела.

Труп исчез.

Вот как так можно! Эржбета уже почти решила, что похоронит его посеред розовых кустов панны Арцумейко, благо, оные кусты разрослись густенько… а он взял и исчез.

Восстал?

Эта мысль заставила оцепенеть.

Если так, то ныне по дому бродит умертвие, одержимое жаждою крови… и определенно, недружелюбное… и если так, то долг Эржбеты перед обществом – сообщить в полицию.

Немедля.

Вот только… возникнут вопросы… и умертвие упокоят, а ее, Эржбету, отправят на каторгу. Она всхлипнула от жалости к себе, но тут взгляд ее упал на покрывало. Оно лежало на кровати, сложенное весьма и весьма аккуратно. У Эржбеты вот никогда не получалось так.

И подушечка сверху.

От сердца отлегло.

Конечно, об умертвиях Эржбета знала не так, чтобы много, но вот вряд ли они отличались подобною аккуратностью. Еще и осколки собрал… последнее обстоятельство вовсе заставило вздохнуть. Нет, угрызений совести Эржбета не испытывала, но перед женихом извинилась бы.

И вправду, что это на нее нашло?

Прежде она склонностей к членовредительству не проявляла…

Извинилась бы… и быть может, если все ж таки несчастный баронет вернется, что, конечно, навряд ли, потому как сама Эржбета в жизни не вернулась бы туда, где ее по голове огрели, то она извинится… но замуж все равно не пойдет.

Угрызения совести – не лучшая причина для замужества.

Глава 9. О разбойничьей вольнице, невольнице и нечеловеческой любви

Глава 9. О разбойничьей вольнице, невольнице и нечеловеческой любви

Какая бы дурь ни пришла в голову, всегда найдутся единомышленники.

Данность бытия.

Идти пришлось долго.

Во всяком случае, Евдокии дорога показалась бесконечною. Тропа вилась, порой кидала петли, но провожатый их с арбалетом не делал попыток соступить с протоптанной дорожки, а когда сама Евдокия попыталась, то остановил.

- Не надобно шутковать, панночка, - сказал он. – Туточки энтого не любят.

- Кто не любит? – Сигизмундус взял Евдокию за руку, и хорошо, так спокойней было, хотя, конечно, если рассуждать здраво, то ни одного повода для спокойствия не имелось.

Они в Серых землях.

Идут куда-то с типом преподозрительным.