Паутина времени

Вот что называется – порода! За столько времени (узнать бы еще, сколько именно) и череду браков с представителями самых разнообразных рас, кровь императоров продолжала нести в себе частицу основателя своего славного и древнего рода.

Неожиданно картинка встала на свое место. Что бы было, если бы все шло своим чередом? Прервалась бы линия императоров до объединения Лирии. И собственно, не сложилось бы самой Чистой империи в противовес набирающей силы Эоле. И почему-то сразу стало понятно, зачем это все понадобилось Алив.

Ведь именно наша империя послужила основой веры в Пресветлую мать и отказала в восхвалении другим творцам, в особенности, кровавому культу Хель.

Что ж… определенно надо было что-то делать.

– Боюсь, – осторожно начал с не совсем подходящего слова, но привлекая тем самым внимание к своей персоне, – я не могу допустить, чтобы вы казнили этих молодых людей. Как вы слышали, этот юноша – сын славного князя Литта, и я могу подтвердить, что его слова – правда. Он не может быть колдуном!

Раздался недовольный ропот толпы, но, к моему безграничному счастью, мы попали именно в то замечательное время, когда слово дворянина стоило больше, чем бумажки с печатями и подписями.

Эти люди свято верили: подчерк подделать легко, честь – невозможно.

– Вы поручитесь? – осторожно переспросил староста, с тревогой уставившись на мой меч, который я придерживал словно бы невзначай. Видимо, мужчина прикинул, с какой вероятностью останется в живых, если не послушает меня, и протяжно вздохнул.

– Как же не колдун? – раздались выкрики из толпы.

– А вы это своими глазами видели или из-за цацок на шее вообразили? Тогда получается любая девушка, кулон на шею повесившая – колдунья. Я ручаюсь за этого юношу…

– Что же со вторым? – очень хотелось старосте сжечь хоть кого-нибудь.

Он уже и сам не рад был, что пригласил случайного дворянина на казнь, но ничего сделать не мог. Одно дело – пара юнцов, которые не смогли за себя постоять, а другое – взрослые люди, явно умеющие обращаться с оружием.

– Он-то уж точно ничей не сын! Сам вчера говорил, нет у него никого…

На душе скребли кошки, но, встретившись взглядом с тощим пареньком, я решился.

– А вы сами не сообразите? – оговорить вслух то, что собрался устроить, я был не в состоянии.

Много чего приходилось в жизни делать, какие только безрассудства не совершались в молодости, начиная от добровольного принятия метки, чтобы спасти брата, продолжая фиктивным браком и не останавливаясь на многих мелочах.