Третья дочь

Рядом стоят три девушки в однотонной серой одежде, их волосы туго стянуты в косы, видимо, служанки. Позади космопирата возрастная дама подобной ему комплекции, судя по всему, мамаша. Такие же пальчики-колбаски теребят платочек. Дорогое платье в бардовых тонах, огромные драгоценные камни на толстенной шее и в ушах, приторная улыбка. Вылитая жаба. И еще какой-то тип с сумкой, что-то вроде саквояжа. Не скажите, что нотариус, брачный договор заключать. Хотя, вполне может быть. Взгляд цепкий, внимательный.

– Дорогая, – с придыханием заговорил Весельчак У, – я так счастлив! Нам с тобой надо много обсудить. Но прежде… позволь поцеловать ручку…

– Не сметь! – выкрикиваю в ужасе, поджимая обеими руками одеяло к груди, – не сметь ко мне прикасаться!

Толстяк обиженно поджимает губы и сопит.

– Милый, дай девочке прийти в себя, освоиться, – мягким низким голосом пропела мамаша, – не будь таким горячим, не так сразу.

От этого «горячим» я даже рот открыла.

– Доктор, – обратилась дама к типу с саквояжем, – как вы находите состояние нашей невестки? Угроза миновала?

– Вполне, – ответил с улыбкой тот, – наша будущая королева наделена отменным здоровьем и отлично справилась с переходом между мирами.

Он шагнул ближе к постели и поклонился:

– Мое госпожа, я ваш лечащий доктор, Лорец Артских. Есть ли у вас какие-то жалобы? Неприятные ощущения? Можете не стесняться, здесь все свои.

Не нотариус, и то хорошо.

– Нет, спасибо, все нормально, – отвечаю.

В самом деле, не начинать ведь жаловаться на ситуацию, в которой оказалась.

– Господа хорошие, – обращаюсь уже ко всей компании, - я бы хотела одеться и привести себя в порядок, вас не затруднит покинуть помещение?

Народ мнется и выходит, остаюсь со служанками.

– Ах, вы такая красивая пара! – восторженно шепчет самая молоденькая из девушек.

Вздернутый носик с веснушками, на вид лет четырнадцать.

Удивляюсь:

– С кем?

– С нашим герцогом! – с откровенной завистью отвечает служанка.

О вкусах, конечно, не спорят, но здесь явно перебор.

– Я этого не нахожу, – обрываю строго. – Что с моей одеждой?

Девушки начинают суетиться, приносят из примыкающей комнаты целый ворох одежек. Хотя, похоже, что все это и есть платье. Нда.

– Девочки, а чего попроще нет?

– Госпожа, простите, пока только это, – смущается самая старшая, симпатичная блондинка лет двадцати.

Да уж.