Анимункули

Продвигаясь в лабиринте древней канализации, Ра’Морд злился, что не смог провести скрытную разведку, потому что по пятам шумно топал Ургал, не пожелавший оставаться снаружи. После очередного поворота коридор вывел в просторное помещение, полное знакомых жужжащих фонарей. Интерьер дополнял отряд лучников, прицелившихся в незваных гостей, терпеливо ожидая приказа. Их командир вопросительно поднял бровь.

Оттеснив орка, пока тот не наломал дров, Ра’Морд поспешно вышел вперёд, демонстрируя ладони:

— Каджит не хочет драться.

Нам просто нужны ответы.

Немного помедлив, неразговорчивый командир жестом скомандовал отбой, затем махнул рукой посетителям, приглашая следовать за ним.

Очередная цепочка коридоров вела мимо различных помещений. Некоторые двери были открыты, демонстрируя казармы, склады и нечто, напоминавшее пыточные камеры. Ургал злобно пыхтел и скрипел зубами, но, хвала Девяти, держал себя в руках. На каждом перекрёстке встречались посты охраны в двемерских доспехах. Наконец, коридор привёл в большую круглую пещеру, когда-то явно служившую тюрьмой подземного города.

Ра’Морд, сбегавший из пары имперских темниц, подумал, что не хотел бы проверять на прочность здешние замки и решётки. Часть камер была закрыта, за прутьями в полумраке угадывались силуэты. Кто-то стонал и кашлял, в воздухе неприятно пахло свежей кровью. В центре тюремного зала стояли несколько каменных столов или алтарей. Бурые пятна, тёмные тряпки и медицинские инструменты навевали самые нехорошие мысли.

Среди всей этой милой атмосферы бодро суетилась старуха в кожаном переднике.

Обилие морщин и мудрёный шлем с оптическими приспособлениями не позволяли определить не только возраст, но и расу. Исключить можно было только каджитов и аргониан. «Ни хвоста, ни чешуи», как говорил недавно один чудной рыбак.

Старуха повернулась к гостям, на всякий случай спеленала Ургала заклинанием паралича и, под грохот и сквернословие, подошла к Ра’Морду, изучая его сквозь двемерскую оптику.

— Девчонки тут нет. И не было у купца никакой девчонки!

Голос был нервным, властным и неприятно дребезжал.

— Чего ты мелешь, ведьма! — рявкнул с пола скованный орк. — Парализованная мимика в сочетании с грозным голосом выглядела очень забавно. Старуха устало швырнула в него ещё одним зелёным огоньком, и Ургал онемел. Теперь он мог лишь бешено пучить глаза, словно надеясь дотянуться ими до ведьмы.

— Тебе известно, что такое анимункули? — спросила старуха каджита, с интересом разглядывающего мучения напарника.