Повелительница леса

— Расплата за героизм.

— А ты знаешь, что в ране яд?

— Что?! — взвизгнула я. — Не может быть! Алистер сказал, что стрела не была отравлена! Я лишусь руки! Так и знала! Я чувствовала! Мне кажется, ее жжет! Это плохой признак?

— Успокойся! — топнул копытом единорог. — И дай мне взглянуть.

Я послушно убрала прикрывающие рану полоски ткани трясущимися от волнения пальцами и обнажила плечо, наверное, чуть больше, чем нужно. Но я думала только о том, как яд распространяется по моему телу.

— Хм, так сильно мне не нужно, — сказал Флориан и, наклонив голову, направил на меня свой сверкающий рог.

— Ой, что это ты делаешь?

— Стой, не двигайся и помалкивай!

— Хорошо-хорошо, не нужно так кричать, я все поняла. Но не мог бы ты объяснить, что именно собираешься делать?

Вместо ответа Флориан качнул головой, и от кончика его вдруг засветившегося рога оторвался луч, ударивший меня в больное плечо. Я вскрикнула так громко, что сама испугалась. Плечо обожгло холодом, и из раны вытекла густая черная жидкость. Я стерла ее тканью, обнаружив, что рана от стрелы затянулась, не оставив даже следа.

— Вот так-то лучше.

— Флориан! Ты сотворил чудо! Ты вылечил меня! И шрама не осталось! А ведь даже Алистер не смог распознать яд! — восторженно выпалила я, рассматривая место, где недавно была рана.

— Алистер просто любитель по сравнению со мной, — самодовольно бросил Флориан. — Но не забывай — если ты кому-то проболтаешься об этом, точно прокляну!

Вместо ответа я подошла и обняла Флориана, чмокнув его в морду рядом с глазом.

— Спасибо тебе!

— Иди уже, девчонка, — ворчливо отозвался он.

Оказавшись с другой стороны лаза, я вскинула руку, намереваясь закрыть его, но колючие заросли сомкнулись и без моей помощи. Флориан тщательно охранял свое уединение.

Я уже приближалась к замку, удивляясь, как много мне удалось узнать всего за одну ночь. Одновременно с этим я думала, что предпочла бы обойтись и без этого знания.

Я размышляла об эльфах. Казалось бы, бессмертные должны жить спокойно, за тысячелетия существования с ними уже могло случиться все, что угодно, однако, как мне думается, бессмертие наскучивает, а острых ощущений хочется независимо от возраста.

Вот и эта история с Лиатрис… Тут легкий ночной ветерок донес до меня слабый стон. В этом лесу хоть кто-то спит по ночам? Я остановилась и прислушалась. Тишина. Пожав плечами, я двинулась дальше. Но с новым порывом ветра стон повторился, такой протяжный и полный боли, что у меня по телу побежали мурашки.