Любовь виршеплета

Проведение, определенно, сегодня мне благоволит!

– Люсильда, милая моя. Хочешь еще серебряный?

– Ох, сир, а кто ж не хочет? – хихикнула девушка, тряхнув челкой.

– Ну тогда иди сюда. – Я усадил заинтригованную служанку рядом с запунцовевшим драконом, а сам пересел на табурет. Держу пари на свои уши, мысленно он уже сожрал меня живьем.

– Люсильда, мы внезапно обнаружили, что мой юный друг еще ни разу не держал в руках женской груди. И нам срочно нужно исправить этот пробел!

Девушка прыснула в кулачок и, потупившись, начала накручивать челку на палец, искоса поглядывая на уже совсем малинового дракона.

– Шейлдар, твою мать, ну че сидишь-то истуканом?

Тот и в самом деле сидел ни жив, ни мертв, сосредоточенно рассматривая небо сквозь раскрытое окно.

Чертыхнувшись, я оторвал от коленей его руки и возложил их на бюст Люсильды. Та коротко взвизгнула, зажав рот ладошкой и стреляя озорными глазами то по мне, то по дракону.

– Ай, молодой сир, не бойтесь вы так!

– Смелее, Шейлдар, помни там… погладь! Я даже отвернусь!

                Я отвернулся к стене, сложив руки на груди.

Главным образом затем, чтобы не заржать во весь голос от столь потешной картины!

– Ну? Работает?

– Работает, – через пару минут сипло выдавил дракон.

– Ха! Я и не сомневался! Держи!

Люсильда ловко поймала серебряную монетку, которая тут же исчезла меж округлостей и, хихикая, скрылась за дверью. Я торжествующе взглянул на дракона.

– Нет, нет, нет! И даже не н-начинай! – замахал тот руками, надеясь этим меня остановить.

– Да, да и еще раз да! Это случится сегодня! И точка! Ты запомнишь сегодняшний день на всю жизнь! Подъем!

Я рывком поставил Шейлдара на ноги… И вдруг на нас обрушилась вся «Ярость Хардарейны»! Ядреный хрен, я и забыл, как пробирает это обманчиво мягкое пойло!

– Аска… с-скажи, когда м-мы успели т-так ужраться?.. – пробормотал пошатывающийся дракон. – Положи м-меня на место.

– Шейлдар, – я взял его за плечи, заглянул в глаза и, собрав всю убедительность, которой только одарило меня Провидение, сказал.

– В двадцати минутах от нас находится отменный шлюшник под названием «Мир влажных удовольствий мадам Цесат». Со смуглыми, подпаленными на этом бесовом солнце красотками, жаждущими доставить тебе тысячу… ты-ся-чу влажных удовольствий! Если мы сейчас туда не пойдем, клянусь Ушедшими, ты будешь жалеть…

– Да, да… всю с-свою жизнь… Это я уже с-слышал… – дракон запнулся и тяжело вздохнув, добавил.