Пение Сирены

- Мам, ну ты чего?

Нора ничего не ответила, а лишь прижала к себе своего сына.

- Поверить не могу, последний день в школе! Ты уже такой большой мальчик! Как ты быстро вырос! – каждая её фраза сопровождалась всхлипываниями, вся её нежность единым потоком обрушилась на Геральда. Она была счастлива и не могла более скрывать своего счастья, - Ты уже стал таким взрослым! Никак не могу поверить!

- Мам, ну, ты чего! Я же опоздаю! – вяло оправдывался Геральд. Его мать всегда была сдержана в чувствах, а сейчас вся эта сдержанность вмиг растворилась.

Юноша чувствовал себя крайне неуютно, и потому хотел, как можно поскорее разомкнуть эти объятия.

- Ладно, сынок, Боги на твоей стороне! Удачи тебе! Скоро увидимся.

- Да, спасибо, мам, - криво улыбнувшись промолвил Геральд и пошел по направлению к школе.

Школьный день ничем не отличался от всех предыдущих, за редким исключением речей учителей, которые наставляли своих учеников на жизненный путь, и которые, в общем, содержали одни и те же фразы, и больше походили на формальность, нежели на слова, что исходят прямо из сердца.

Вот учеба окончилась, и наступило награждение учащихся. Директор называл фамилию за фамилией, и выдавал школярам табели с их оценками, которые ровным счетом никому не нужны, разве что похвастаться в пригороде, что у тебя “отлично” по астрологии. Вот подошла очередь Геральда. Ему со всеми почестями вручили его табель и отпустили на все четыре стороны. Его перехватила мама и мисс Сильвинс.

- Вот и все, сынок, - дрожащим голосом сказала Нора, чьи глаза были красными от слез, - Теперь школа позади.

Пошли домой.

- С большой радостью, безумно хочу спать, - проворчал Геральд.

Добравшись до дома, юношу остановил отец.

- Мистер Хаксли-младший, покажите мне ваш табель, - холодно сказал он.

- Прошу, - так же безразлично ответил Геральд, протягивая отцу желтую бумажку.

Говард взялся за изучение, и случилось то, чего не случалось ранее. Мистер Хаксли начал багроветь от злости.

- Это что за чертовщина!? – заревел он.

Геральд даже отступил на шаг, настолько был шокирован столь бурной реакцией своего отца, - Математика – три, Точные науки – три, Алхимия – три, История – три, только литература да пение на пять, и общий язык с натягом на четыре! Что ты за кретин такой! Я столько лет платил за твое образование, а ты мне это приносишь!?

Говард резко встал и одной пощечиной сбил Геральда с ног. Юноша опустил руку на горящую щеку и, стиснув зубы, следил за своим отцом.