Какой я вам ректор?!

У этой даже не было замка.

Бедин подошел и откинул крышку.

В шкатулке оказался… пепел. Как и обещали.

— А что его…

— Необъяснимая погодная аномалия, — хором заявили Щиц и Кершел.

— Нэй Кершел так добр, что ведет документацию, — пояснил Щиц, и Бедин вдруг вспомнил, где слышал это имя: Учитель просил передать ему привет, — При мне, ну вот уже второй день ведет… И при предыдущем ректоре вел. И при предпредыдущем. Он секретарь.

— А…

— Но у него никаких магических способностей, — добавил Щиц, предвосхищая вопрос, — а без способностей, увы, нельзя занимать такую должность… Поэтому я согласился временно сыграть роль ректора, пока из столицы не назначат нового управленца…

Когда он оказался у Бедина за спиной, тот заметить не успел.

Зато услышал, как щелкнул дверной замок.

— А вы, собственно, по какому вопросу? — спросил нэй Кершел скрипуче.

Бедин подумал, что сейчас его вполне могут убить. Мало ли, какие тайны хранят эти стены; вот это пятно на ковре — вино? Кровь? Какое-то зелье? Не хотят ли его убить или еще чего похуже? Иначе зачем бы Щицу запирать дверь?

Прикинул, не сможет ли выпрыгнуть в окно: подоконник был завален бумагами, как и все прочие плоские поверхности в кабинете, но не ему же их потом разбирать…

Он медленно подошел к столу, поставил на него саквояжик, скользнул во внутренний карман, отчаянно надеясь, что никто не будет заглядывать внутрь и рассматривать его вещи… Достал верительную грамоту.

Сразу надо было, но как-то… не додумался. Недосып, наверное.

— Я королевский инспектор по магическим делам! — повторил он.

— У меня есть… полномочия, вот, тут прописано. И значок. Я должен выяснить, почему нэй Сашай в лягушку обратился, и кто в этом виноват. И добиться от вас ответа, на каком основании вы отказываетесь от выплаты налогов.

Щиц с Кершелом переглянулись. И Щиц зачем-то стал свинчивать с руки кольца.

В это-то мгновение Бедин и рванул. В окно.

— Лови! — рявкнул Кершел, когда Щиц уже поймал беглеца за подол парадной мантии.

Будь это повседневная, ткань бы не выдержала, но парадную сшили на совесть.

И Щиц держал на совесть, откуда только такая силища?

Кершел подхватил одно из снятых колец, то самое, массивное, перехватил руку Бедина за запястье, — тот замешкался, чтобы случайно не ударить старика, — и нанизал ему на мизинец.

Потом Щиц отпустил мантию, они с Кершелом синхронно отступили к столу и склонились в полупоклоне.

— Да здравствует новый ректор! — сказали хором.

Бедин ущипнул себя за щеку.

Эти двое и не думали пропадать.