Дракон в зефире

Живо, - голос коротышки был тихим шелестом, от которого почему-то хотелось встряхнуться, как от попавшего за шиворот песка.

Бортмеханик отпустил девушку, погрозил ей пальцем, чтоб мол никуда не лезла и не мешала, а потом стал рыться в ящике.

- Держи, - на его ладони зазолотился фасеточный глаз, похожий на уменьшенную копию дискошара в том ночном клубе, где они однажды с Машкой...

Макария не глядя цапнул искусственный глаз, выдернул из бороды пару стеклянных волосинок, дунул на них, обмакнул в колбу с какой-то синей жидкостью, потом обмотал обесцвеченными волосками глаз и принялся вкручивать его в глазницу несчастному Димычу.

Тот заорал и попытался вырваться, но тиски крепко удерживали пациента. Присутствие духа Лерочке изменило, она зажмурилась и покачнулась.

- Эй! Только обморока нам ещё тут не хватало! - возмутился бортмеханик и крепко перехватил девушку за локоть. - Так-то!

- Я... всё хорошо... я просто немного... - залепетала Лерочка. - Мне просто надо присесть...

Но сидеть особо было негде, разве что на перекошенной трёхногой табуретке, на которую девушка и примостила свой пышный зад.

За что и поплатилась оным. Табуретка взбрыкнула бешеной лошадкой и больно цапнула за мягкое место.  

- ААА! - подскочила Лерочка.

- Трёхтолкай не любит, когда на него садятся, - тихо прошелестел Макария, не отрываясь от дела и надвигая на глаза очки. - Трёшка, место! Фу! Я кому сказал! Место!

Теперь голос коротышки стал похож на завывания пылевого смерча. Табуретка зарычала, оскалив винтики и раззявив пасть, потом захлопнула её и, обиженно скуля, убралась в уголок.

- П-простите... - тяжело сглотнула девушка, потирая украдкой укушенное место. - Я не знала, что она ж-живая... Или это он?..

Не отвечая, Макария что-то сверлил и ввинчивал, Димыч орал благим матом, жар-бабочка словно окуклилась в коконе из крыльев и уснула, разбуженная табуретка рассержено перебирала ножками и подвывала воплям пациента. А Лерочка не дышала.  

- Разряд! - скомандовал коротышка.

Бортмеханик опять улыбнулся и ловко выхватил из горна молоток. Замахнулся и... Лерочка зажмурилась. Прогремел гром. В воздухе запахло озоном. Когда девушка открыла глаза, то охнула. Жар-бабочка залезла на Димыча, обвила его крыльями и прильнула губами к его новому механическому глазу. Парень не шевелился. Все замерли, даже бортмеханик прекратил мурлыкать себе под нос дурацкую песенку про пьяных драконов. Лерочка опять забыла, как дышать.