Претендент

И все-таки… все-таки…

Ангро-майнью хмыкнул.

Кажется, он только что открыл для себя еще одно новое чувство, еще одно странное ощущение.

Как оно может называться? Надеждой на новую встречу? С кем? С девой воды? Безумие! Как есть, чистой воды безумие.

И все-таки… все-таки… что, если это случится?

27.

Со стороны горевший в степи костерок казался фонариком спрятавшейся под землей гигантской рыбы из породы удильщиков, тех, которые на длинном выросте носят перед собой светящуюся приманку. Так и казалось, что вот сейчас из земли, словно из океанской толщи, вынырнет гигантская пасть и проглотит неподвижно сидящих возле огня двух караульщиков.

Крысиный король подумал, что лично он такому обороту событий был бы только рад. Но нет, этого, конечно не случится и, значит, красть паука—бегунка придется с большим риском для жизни. Вот только надо дождаться, когда тучи закроют ночное светило. Причем случится это скоро. Так ему подсказывали инстинкты, доставшиеся от поколений и поколений предков, с успехом очищавших амбары, погреба и хранилища богатеев.

Крысиный король мрачно улыбнулся.

Впрочем, не все так просто. Можно поспорить, караульщики не спят. Надеяться на их нерасторопность глупо. Стоит им услышать хотя бы один необычный шорох, и они поднимут тревогу. Тогда придется схватиться с целым десятком не ведающих жалости паучих пастухов. А эти сражаться умеют, и дерутся не признавая никаких правил.

Между прочим, ему просто позарез необходимо еще до рассвета выехать к ближайшей перемычке между мирами. За ним будет погоня? Наверняка будет, но главное добраться до перемычки. Дэвы, охраняющие ворота миров пастухов за них не пустят. Дальше ворот его преследовать не станут.

Знать бы, что его ждет в новом мире. Какой он, этот следующий мир? И сколько их отделяет его от родного? Не менее десятка, а то и – более.

Скверно. Вот зря Ангро-майнью то и дело переносит свой замок с места на место. Впрочем, может быть, ему от этого есть какая-то польза, может быть, так ему удобнее обороняться от претендентов, но всем остальным…

Так какой он, соседний мир? Кажется, в дальней его части лежит обширная сиреневая пустыня. И почему она так называется? Вроде бы из—за запаха сирени пропитавшего ее пески.