Сказки и иже с ними

И тыквы – скалящиеся, зловещие – выглядывали едва ли не из каждого окна, стояли у каждой двери, и люди в странных одеждах – вампиры, ведьмы, зомби, скелеты… На этом фоне даже обычные горожане, спешащие домой после трудового дня, выглядели скорее мрачными тенями, чем живыми людьми.

Дождь и не думал прекращаться, хотя для празднующих это было слабой помехой: отовсюду раздавалась музыка, смех, пьяные голоса. Ингвар шел сквозь город, выглядящий дешевой декорацией к готической пьесе, всей своей сутью чувствуя, что Николетта права.

На город надвигалось нечто, в сравнении с чем хлюпающие кроссовки были сущей ерундой, и Ингвар шел, почти бежал, не ощущая холода, задевая прохожих, разбрызгивая ледяную воду из уличных луж, и где-то внутри, казалось, тикали часы, отмеряя время, оставшееся до развязки.

Окна адвокатской конторы были занавешены, но сквозь щели в жалюзи пробивался тусклый свет. Шеф часто оставался на работе сверхурочно и требовал того же от помощника, так что это ещё ни о чем не говорило.

А вот запертая на замок дверь оказалась для Ингвара сюрпризом. Если шеф ушел, почему горит свет? Если остался – зачем заперся?

– Иди сюда, – нетерпеливо окликнула Николетта и легко вспорхнула к окну второго этажа.

– Как?! – возмутился Ингвар. Способностями Человека-Паука он не обладал, и взобраться по отвесной гладкой стене… Ну хорошо, допустим, вот тут и тут в кирпичах выбоины, а придерживаться можно за водосточную трубу, благо, ее меняли только летом и закрепили на совесть.

Правда, мокрая она и скользкая, да и пальцы заледенели, дождь-то все идет, а вот кроссовки, хоть и драные, хороши – не скользят, прямо-таки вцепляются в неровности стены. На оконную решетку первого этажа, на карниз, а вот тут удобный выступ под окном…

Принцесса раздраженно щелкнула веером и обернулась.

– Что ты там возишься? Давай скорей!

Вцепившись в оконную раму, Ингвар прижался к стене и перевел дух. Спортивными упражнениями он себя не утруждал, и, как оказалось, зря. Кто ж знал, что придется совершать подвиги!

– Что там?

– Смотри сам.

В голосе призрака звучало плохо скрываемое торжество – мол, я говорила, а ты не верил! Ингвар успел подумать, что, может, обезглавили ее и не за колдовство вовсе, а за характер, но в следующий миг мысли об этом вылетели из головы.

Сквозь узкую щель между полосками жалюзи весь кабинет виден не был, но давешняя блондинка лежала на полу прямо напротив окна – раздетая, связанная, с кляпом во рту.