Некромантка на факультете таксидермии

– Ой… Об этом я не подумала! – Сильва попыталась было вцепиться в волосы, но клетка явно мешала подобному действию, так что девушка просто спросила с надеждой: – А ты не знаешь, как он к детям относится?

– Э… – Аля растерянно захлопала глазами, уставившись на подругу. Откуда она могла знать, если познакомилась с прадедушкой одновременно с подругой, а из детей у него была только бабушка, а потом битва с Неназываемым? Не в качестве ребенка, конечно, но после нее прадедушка стал украшением холла факультета таксидермии и совершенно точно не мог завести отпрысков.

– Откуда я знаю? А самой спросить? Или…

Аля с подозрением уставилась на рыжую.

– Ты беременна?!

Сильва возмущенно отпрянула.

– Что?! С чего ты взяла? Нет, конечно! Просто… – она тяжко вздохнула. – После пяти младших братьев хочется как можно подольше не обзаводиться детьми. Выучиться. Послужить. И уже тогда – как-нибудь потом.

Подумав, добавила, словно ставя финальную точку:

– Потом-потом. Совсем потом.

– Ну, тогда вы успеете поговорить и об отпрысках, и обо всем остальном без моего участия, – успокоила Аля подругу.

Рассеянно глянув по сторонам, замерла, не веря своим глазам. – Сиииль… Ты видишь?

Рыжая хмыкнула, поворачиваясь, но фраза «История повторяется» замерла на губах. История повторялась. Только по-иному.

Посреди равнины нагло, прямо-таки вызывающе пылал огненный цветок. Он действительно внешне походил на мак – облитый горючей смесью и подожженный мак. Такие украшения иногда делали на ярмарках: огненные, водные, даже ледяные.

На сколько хватало фантазии и денег на мага, поддерживающего нужное состояние инсталляции. Однако в Постграничье сумасшедших магов, желающих покончить жизнь самоубийством столько оригинальным способом, не наблюдалось. Ни единого. Так что оставалось признать очевидный факт: они нашли огненный цветок! Причем видели его обе.

– М… И что теперь? – протянула задумчиво Сильва и чуть не выронила клетку из рук. – Ой, Пуся!

Элементаль метался из образа в образ, то распушался цыпленком, то превращался в змею, то растекался по дну клетки.

Казалось, что он ищет место, через которое можно просочиться наружу.

– Он… – рыжая сглотнула волнение. – Он чувствует магию! Настоящую! Магический поток.

– То есть то, чего здесь не может быть по определению, – пробормотала Аля, пытаясь одним глазом смотреть на цветок, другим на Пусю, чтобы не упустить ни единого мига вибраций элементаля. И упустила из виду своего питомца.