Некромантка на факультете таксидермии

Мельком подумав, что вчера эта креатура была явно добрее, Аля попыталась выглядеть пай-девочкой. Даже прижала к груди тетради, распахнула пошире глаза и восхищенно выдохнула:

– Разумных.

«И говорящих», – произносить подобное вслух было бы слишком невежливо, так что эпитет остался в мыслях.

Но олень, в раздумье попрядав ушами, не проникся добрыми чувствами – подозрение во взгляде так и не исчезло, разве что добавился скептицизм. 

– Увидела? Дальше что?

Аля растерянно уставилась на оленя. Ей как-то по-иному представлялась эта встреча.

Казалось, что неподвижно висящая голова должна испытывать скуку и жаждать общения. Не зря же морды корчила студентам! Но в реальность щелкнула девушку по носу.

– М… – Аля поудобнее перехватила тетради и поправила ремень сумки – учебные пособия оказались сходны по размеру и массе с кирпичами и изрядно давили на плечо. Подумала немного и осведомилась с участливым интересом: – У вас сегодня плохой день, да?

– С чего ты взяла? – олень брезгливо оттопырил нижнюю губу, показав заодно зубы.

 

С трудом подавив желание пощупать желтоватые острые треугольнички (а вдруг на них остался яд? Да и невежливо как-то…), Аля как можно невиннее и сохраняя участливость вздохнула:

– Ну, у меня противное настроение только когда плохой день. Мне тогда хочется на всех бросаться или вести себя плохо.

– Тебе? – заржал олень. – Да ты себя видела, одуванчик?

Аля глянула на подол голубого платьица и белые босоножки, и тут же спохватившись, состроила грозное лицо: свела брови и сжала губы.

– Я не одуванчик, я очень суровая!

Но олень продолжал заливаться, трясти рогами и скалить зубы – в общем, вел себя не слишком воспитанно и прилично. Зато букой пялиться перестал. 

Вот так, слово за слово, смешок за смешком, он не просто разговорился с Алей, но и рассказал историю своего появления на свет. 

Рудольфус оказался первым, экспериментальным образцом и одновременно выпускной работой тогда еще студиоза Эдельвульфа Рута, чем очень гордился.

Будучи не только таксидермистом, но и сильным некромантом, Эдельвульф исследовал возможность создания магических существ путем объедения тел нескольких животных. Таким образом олень обзавелся глазами и зубами василиска и некоторыми его особенностями жизнедеятельности. Рут не являлся первопроходцем в данной области, но ему первому удалось наделить подобных химер не только магией, но и настоящим разумом.