Балор, сын Балора, или Подводные камни

— Мой юный рогатый друг? Это вы или сон в вашем облике?

— Это я, Мигель, здравствуй, — Айджиан прихватил обломок поаккуратнее, с трудом удержав себя от желания погладить голожаберного, кожа у него была нежная, а силу фомор соизмерял не всегда удачно, пусть и старался быть осторожным.

— У вас болит глаз? Что-то случилось? Что сказали маги? Вы уже нашли того недоброжелателя? — было похоже, что голожаберному страстно хочется отвлечься от своих собственных тревог и забот.

— Глаз болит, это не ново, — Айджиан весомо качнул рогатой головой.

— Однако я случайно оказался рядом. Мигель, что с твоим домом и почему ты волнуешься?

Голожаберный надрывно подплыл, стараясь отлепиться от стены, но не преуспел в этом.

— Ах, мой добрый рогатый друг, я уже заверял вас, что ваше чутье прямо-таки баснословно прекрасное! И сейчас могу подтвердить это еще раз! — поменял цвет, становясь мрачным темно-серым с голубоватыми крапинками. — Вы зрите в самую суть и раскрываете корень проблемы.

А один из ваших вопросов служит ответом на другой. Почти ответом!

Айджиан аккуратно перенес Мигеля себе на ладонь двумя пальцами, а сам приладил отпавшую ракушку стены туда, где она явно стояла до падения.

— Мой друг, это бесполезно, без магии держаться не будет! — Мигель переполз ближе к пальцам, наблюдая за процессом. На пробу дернул даже, но установленная царем ракушка не поддалась. — Хотя, у вас, наверное, талант! — обернулся, заглядывая в глаза с безумной надеждой.

— Умоляю! Прошу! Падаю ниц! Помогите мне, мой юный друг! С часу на час должны прибыть с визитом мои матушка и невеста! Мой дом должен произвести благоприятное впечатление, а пока больше похож на живописные руины! Помогите!

Айджиан пожал плечами, соглашаясь: ему это было не в тягость, а маленькому книгочею требовалось ужасно. Впрочем, плату за помощь морской царь взял ответами на любопытные и вырвавшиеся сами собой вопросы.

— Неужели, Мигель, со вчерашнего дня ты успел передумать? — сбитые ракушки вставали на место, стены выравнивались под руками легко, прозрачная пластинка чешуйки невидимого змея глубин встала в пустую раму крошечного окна.

— Ах, мой добрый друг! Это не я передумал! Это матушка настояла! После вашего визита я растерял бдительность, и ей удалось застать меня на работе! — голожаберный стал густо-фиолетовым с оранжевой каймой.