Зай по имени Шерлок

– Я просто уверен, что вскорости должно произойти еще нечто интересное.

– Я бы, честно говоря, уже отправился домой.

– Скоро, очень скоро мы так и поступим, дорогой Уотерсон. А пока… – Сыщик указал мне на место у костра, и мне не осталось ничего другого, как присесть рядом с моим другом.

В ночи раздался тихий вскрик. Был он недолгим, но полным отчаяния. Мы вновь вскочили, вглядываясь в темноту. Я собрался было бежать на помощь Козлику, но Шерлок Зай удержал меня за крыло.

– Слишком поздно, Уотерсон!

– Как вы можете так спокойно говорить? Нужно бежать, спасать! Там же…

– Сядьте! – не очень любезно оборвал меня сыщик, и мне пришлось подчиниться.

Он был уверен в бесполезности моего естественного порыва. – Вы ему уже ничем не поможете. И, прошу вас, делайте вид, будто ничего не происходит, даже если заметите какое-нибудь движение или услышите какой шорох.

– Но зачем?

– Сядьте, наконец, и поступайте так, как я вам советую!

Мне осталось только подчиниться. Наступал кульминационный момент, долгожданная развязка истории с берлогой, поэтому мне не хотелось испортить все дело в решающий момент.

Я опустился на камень и стал ждать, чем все закончится. Мне было немного боязно, но я изо всех сил пытался не выказать страха. Шерлок Зай выглядел внешне совершенно спокойным, хотя подергивание ушей и непрестанное покусывание чубука трубки выдавали его волнение.

И вот в тишине я различил тихие, едва различимые на слух шаги. Кто-то очень осторожный пробирался слева от нас вдоль кустарника или за ним, стараясь оставаться вне досягаемости света костра.

Я незаметно ткнул крылом Шерлока Зая, тот ответил мне чуть приметным кивком. Некто обходивший нас стороной теперь находился за нашими спинами. Шаги вдруг стихли. Мне захотелось оглянуться, но я продолжал смотреть на пламя, спиной ощущая неведомого врага. Тихонько зашуршала солома, по чему я понял: неизвестный забрался в шалаш и что-то там ищет.

– Любезнейший, вы, случайно, не это потеряли? – Шерлок Зай подобрал лук, лежащий возле его ног, и неторопливо поднялся, обернувшись.

Я, напротив, порывисто вскочил, подхватив из костра горящую палку – какое-никакое, а оружие.

Гоголь. Ревизор. Немая сцена: застигнутый врасплох наш старый знакомый енот Проционе каменеет с отвисшей пастью, раскоряченными лапами и выпученными глазами. Он сплошь покрыт соломой и в полнейшем недоумении взирает на нас. Продолжалось это довольно долго, с полминуты.