Хлопоты ходжи Насреддина

Наконец Хашим утолил жажду, оторвался от кувшина и поболтал его, вслушиваясь в звук.

– Ровно треть, – заключил он и опустил кувшин, сжав его сухими ладонями. – Чего же ты хочешь, лопоухий Мустафа, за кувшин вина?

– Во-первых, я хочу, чтобы вы перестали называть меня лопоухим! – раздраженно произнес Мустафа.

– Но разве ты не лопоух?

– Возможно, но мне не нравится, когда говорят о моих ушах!

– Как знаешь, – пожал острыми плечами старик. – Хотя, на мой взгляд, ты мог бы ими гордиться. Хорошие уши.

– Я пришел говорить с вами вовсе не о достоинствах моих ушей!

Раздражение в Мустафе все нарастало, и оттого он непрестанно гладил инкрустированный бриллиантами эфес заткнутой за пояс сабли.

– Я догадался, – растянул старик губы, обнажив воспаленные беззубые десны. – Значит, перейдем ко второму.

– К какому еще второму?

– Но ведь ты сказал: во-первых! Значит, должно быть и «во-вторых». Возможно, даже «в-третьих».

– Нет, только «во-вторых». Я…

– Погоди-ка, – остановил его старый Хашим и вновь приложился к горлышку кувшина.

Все повторилось: подергивание кадыка, бульканье убывающего вина и встряхивание кувшина в попытке уточнить остаток. – Половина! Теперь я готов тебя выслушать, Мустафа, – довольно почмокал губами старик. – Прости, что не называю тебя лопоухим, но тебе это не нравится.

– Не нравится, – скрипнул зубами Мустафа.

– Знаешь, то не очень хороший признак, – заметил Мустафе старик.

– Что вы имеете в виду?

– Твой зубной скрип. Ешь побольше чеснока.

– Хорошо, – чуть прикрыв глаза, сдержанно отозвался главарь.

– Но можно я уже задам вопрос?

– Конечно, задавай. Я весь обратился в слух, – и старый разбойник прикрыл тонкие веки.

– У нас пропал человек, Хашим-ако, – начал Мустафа. – Зар… э-э… один человек заказал нам выкрасть важную бумагу у… другого человека, за что очень хорошо заплатил. Казалось бы, простая, даже плевая работа для искусного вора, коим является Саид, но… Саид пропал, и о нем нет вестей уже целую неделю! Я теряюсь в догадках, что могло пойти не так.

Жив ли он? Схвачен ли? Возвращать деньги заказчику, – поморщился Мустафа, – или не возвращать? Можно, разумеется, послать человека, но моих людей стража отлично знает в лицо и обязательно схватит, а кази непременно потребует выкуп за их головы – опять траты. Что мне делать, Хашим-ако?

– Хр-р! – отозвался старик, качнув головой.

– Хашим-ако? – уставился на него Мустафа.

Ответом ему было причмокивание губами, в уголках которых выступила пена.