Хлопоты ходжи Насреддина

У тебя явные способности к работе кази.

– Рад был вам помочь, уважаемый Шарифбек,

Насреддин спустил затекшие ноги с возвышения, размял их и засобирался домой. Потуже затянув пояс халата, он наклонился и стал складывать мешочки с деньгами себе за пазуху. Шарифбек сначала онемел, глядя, как быстро убывает приличная гора денег, но потом очухался, не на шутку забеспокоившись.

– Постой, ходжа, что это ты делаешь?

– Я беру свою часть дохода. Ведь это я вершил правосудие, а не вы.

– Но не много ли ты берешь? Все-таки я назначил тебя кази, значит, и мне причитается… э-э… часть денег.

– Разве я спорю с этим? – Ходжа засунул еще один мешочек за пазуху, а остальные ногой подвинул к кази. – Вот ваша доля!

– Но здесь же меньше, чем ты взял себе! – охнул Шарифбек.

– Разве может быть иначе? Большую часть работы выполнил я, выходит, и денег я должен получить больше. Впрочем, – ходжа засунул руку за пазуху и вынул последний мешочек, – вы правы. Вот вам за то, что устроили меня кази.

– Ох, ходжа! – Шарифбек навалился на мешочки, сграбастал их и притянул к себе.

– Я тоже так считаю, почтенный кази. И поэтому пусть он лучше ляжет на меня, чем на вас, на больного человека! – с этими словами ходжа подхватил свою часть коровьей туши, которую притащил Сахоб, и направился к дверям, но у самого выхода обернулся. – Да, если вы не поправитесь, то завтра зовите меня снова. Я с удовольствием подменю вас еще раз.

– Нет, нет, спасибо тебе, Насреддин. Я уже чувствую себя гораздо лучше.

– Что ж, рад за вас, почтенный кази, – сказал ходжа и выскользнул на улицу.

Как только двери за ним закрылись, Шарифбек набросился на мешочки. Раскрывая их по очереди, он осыпал себя звонкими монетами, но в какой-то момент застыл с очередным кошелем в руках, потом выронил его, медленно обхватил голову руками и закачался из стороны в сторону.

– Ой-ё-о-о! – застонал он. – Что же я натворил? Что я натворил?

И тут его дом начал наполняться недовольными богачами, теми, которые согласились помочь ему в изобличении Насреддина в глупости, а в результате распрощались с деньгами.

– Скажи, почтенный кази, – начал Нури, погоревший на деле о неуплате сверхналога на дождь. – Разве о таком исходе мы договаривались?

– Нет, ты прав, – вздохнул несчастный Шарифбек.

– Разве не ты нам обещал, что Насреддин непременно останется в дураках?

– Обещал, – повесил нос кази.