Солнце цвета крови

Ее верхушка, загнутая, точно гребень петуха, грозно клокотала, а подножие надвигалось с пугающей быстротой. Она наверняка перехлестнет через корабль, и смоет все, что не закреплено.

Издав полузадушенный писк, Ивар вновь ухватился за веревку. Сдирая ногти, он затянул узел и брякнулся плашмя на скамью, крепко ухватившись за нее руками.

Поток воды, рухнувший на него сверху, можно было бы сравнить с небольшим водопадом. Могучие водяные руки подхватили Ивара и попробовали оторвать от корабля, чтобы бросить в алчную пасть моря.

Но он вцепился изо всех сил, он боролся, а легкие горели от недостатка воздуха...

А потом вдруг оказалось, что волна прошла, что он сам все еще жив, а корабль цел, и что зубы, словно пустившись в пляс от радости, принялись постукивать друг об друга.

Воздух, напоенный влагой, показался удивительно вкусным.

- Ты чего трясешься? - спросил кто-то знакомым голосом.

Отлепив лицо от скамьи, Ивар рискнул открыть глаза. Рядом с его лавкой стоял Хаук. Конунг был насквозь мокрым, словно купался в одежде, но в синих глазах горел неукротимый холодный огонек.

- Так ведь страшно... - прохрипел Ивар. - Утонуть можем запросто...

- Чего же бояться? - Хаук иронично поднял бровь и слегка улыбнулся. Блеснули белые ровные зубы. - Смерть настигнет тебя рано или поздно. Она неизбежна, и страшиться ее так же глупо, как наступления рассвета. А момент, когда это случится, известен только Норнам. От Судьбы никто, даже величайший из богов, не уйдет!

Конунг пошел дальше, подбадривая мокрых и замерзших людей, а Ивар остался лежать, размышляя над его словами.

Затем вдруг сел, и странное спокойствие снизошло на его измученную тревогами и переживаниями душу. Скорее всего, бывший работник бонда Аки Золотая Борода просто достиг такой степени страха, когда бояться уже не остается сил...

Он равнодушно смотрел, как приближается очередная волна, слушал, как стонут от напряжения доски обшивки. И даже разверзшийся по борту провал, в который драккар почти рухнул, не заставил сердце дрогнуть.

Чуть ли не впервые в жизни Ивар чувствовал себя совершенно спокойно.

Драккар двигался в тумане, густом, точно топленое молоко. Нависшая над морем серая хмарь, плотная, как дерюга, не давала понять, как высоко находится солнце. Стоявший на носу дозорный время от времени кричал:

- Ооодииин!

Доносившееся чуть справа по курсу слабое эхо говорило, что там, за пеленой клубящейся мглы, находится берег.