Серсейкины слоники

Серсея вежливо согласилась, и процессия двинулась к замку, который застыл, словно чёрный паук на утесе, за бесчисленными стенами и окружённый приземистыми дозорными башнями.

Если бы Казар’Тхи знал, что такое «синдром самозванца», он бы немедленно нашел в себе самые характерные симптомы. Он сидел в дальнем конце стола в мрачноватой, но со вкусом обставленной столовой, уплетал отменные блюда, стараясь не чавкать, а с орками, разносившими кушанья, общался не иначе, как шепотом. Осознавай погонщик, что именно за кольцо он принес владыке, он бы ужасно возгордился (и, вероятно, получил по шапке за излишнюю самоуверенность), но, увы, сие было харадриму неведомо, а потому он изо всех сил изображал предмет интерьера, чтобы не опомнились и не выгнали.

Тем временем, владыки мира (того и) сего неторопливо беседовали, не обращая на Казар’Тхи никакого внимания.

— Вы не возражаете, если я сниму шлем?

Серсея удивленно кивнула — обычно разрешения просят остаться в головном уборе, а не наоборот. Саурон медленно снял шлем и поставил на угол стола.

Лицо его было бледным, даже отчасти серым, половину его пересекал застарелый шрам. Но оно не показалось бы слишком необычным, если бы не глаза с вертикальным зрачком, в которых будто бы полыхало живое пламя.

И как бы королева ни владела собой, в первый момент она непроизвольно вздрогнула.

Владыка чуть заметно улыбнулся. Тут же из ниоткуда возник орк и водрузил ему на голову корону из темного металла, украшенную несколькими крупными самоцветами.

Другой орк наполнил кубок Серсеи, и замер, как мраморное изваяние. Королева пригубила напиток и задумчиво прикрыла глаза. Орк втянул голову в плечи, будто-то в ожидании удара.

— Прекрасное вино, — наконец, оценила она, и виночерпий расслабился и заулыбался, показав кривые зубы.

— Агзеок знает толк в хорошем вине, — похвалил подчиненного Саурон.

Ужимки орка от Серсеи не укрылись, и она спросила:

— Он выглядел так, как будто сильно напуган.

— Если бы вам не понравилось, я бы велел всыпать ему десяток плетей, — небрежно объяснил владыка.

— Но на моей памяти он ни разу не ошибался.

— А вы держите их в строгости, — оценила стиль управления королева.

— Дисциплина превыше всего, — Саурон жестом отпустил виночерпия и поинтересовался:

— Но что это мы все обо мне? Расскажите мне о вашем мире.

Серсея сразу поняла, что вопрос задан не из праздного любопытства. Да и столь теплый прием никак не мог быть вызван простым радушием хозяина.