Надежда умирает последней!

Вперед от наших вышла маман, от колонны та самая дородная дама, передав самодельный флаг субтильной брюнетке, что шла до этого по правую руку от нее. Мне эта тетка вот совсем не понравилась. Какая-то неаккуратная, с волосами, торчащими во все стороны, которые крайне хотелось назвать патлами, обрюзгшая и с надменным выражением лица.

- Приветствую чудом выживших Надежд! – громогласно произнесла дама с каким-то странным пафосом.

- И мы вас приветствуем, - маман протянула руку для рукопожатия и дружелюбно улыбнулась.

Тетка остановила протягиваемую руку на пол пути. Потому что ее глаза нашли меня, стоящего за спинами своих женщин.

- Что это? – истерично заорала дама, вскинула руку, показывая дрожащим указательным пальцем на меня. – Мужчина!

- И что? – пожал я плечами. - Мужчина и мужчина. Ну, небритый слегка, так это потому, что водопровод не работает.

Неприятная тетка выхватила у брюнетки знамя, обратно, в свои руки, и начала крутить тряпкой, направляя палку в мою сторону.

- Изыди тот, от кого отрекся мир! – начала орать дама.

Естественно, никуда я не пропал. Похоже, даже дебаф у тетки не получалось на меня повесить. А вот надо было функционалом воспользоваться, может, тогда, что и вышло бы.

- Новый мир был призван дать надежду человеческому роду, для чего избавился от низших существ, что называли себя мужчинами!...

- Прекратите уже! – поморщилась маман, отодвигая рукой знамя. – Без мужчин человеческий род просто вымрет, и никакая надежда уже не поможет!

- Да ты! Падшая женщина, что можешь понимать в длани Всевышнего! Собрались вокруг одного мужчинки плешивого и каждая вожделеет его!.

«Буммм!» - раздался звук, разнесшийся по окрестности. Птицына, деловито делающая пару шагов обратно ко мне, опустила свой жезл, который секунду назад встретился с головой тетки, отправив ту в нокаут.

- Говорит всякие мерзости, - прокомментировала белобрысая. – Пусть отдохнет! И вообще, она слова даже меньше меня знает! Тут слово «длань» не подходит!

Колонна из женщин начала испуганно переглядываться, а когда из-за наших спин выбежал Холодечик и, подняв свою желейную лапку, пометил чем-то мерзким, похожим на слизь, тетку, пребывающую в отключке, субтильная брюнетка, так и вовсе, в обморок грохнулась.

- Почти как Лили, - пьяненько ухмыльнулась Сигизмундовна. – Только от нашей хоть польза есть.

Парикмахерша дипломатично промолчала.

- Так! – прервала дальнейшую демагогию маман.