Солнце цвета меда

- Да покарает тебя Перун, если ты нарушишь клятву! - воевода Налим махнул рукой, и ладьи зашевелили веслами, точно насекомые - лапками, сдвинулись в стороны, освобождая проход. - И будь осторожен, конунг, выше по течению и на Волхове свирепствует чудь...

- Спасибо за предупреждение, воевода, - холодно ответил Ивар. - Нас не одолели серки, рыцари Бретланда и воины страны ацтеков, что нам бояться какой-то чуди?

Налим в ответ лишь усмехнулся.

Из подошедшего к самой воде ельника полетели стрелы, в воду посыпались полуголые люди в накидках из звериных шкур, с проклятьями осел на палубу зажимавший рану на предплечье Рёгнвальд.

- К оружию! - рявкнул Ивар, понимая, что в этот раз он опоздал, что надеть кольчуги уже не успеют, и все из-за его проклятой самонадеянности. Не поверил воеводе с рыбьим именем, и зря...

Воины чуди оказались на редкость умелыми пловцами. Через мгновение на борт взобрался первый из них. Дико глянула на викингов маска, искусно сделанная из медвежьей морды, зло оскалились желтые клыки.

Сразу и не догадаешься, что перед тобой человек, а не чудовище со звериной головой. А через борт уже лезли кабаньи, волчьи, медвежьи морды. Воздух наполнился воем и рычанием.

Меч Ивара проскрежетал по медвежьим клыкам, из-под них на доски палубы хлынула кровь. Несмотря на жуткий облик и покрытые ритуальными шрамами предплечья, чудь умирала точно так же, как обычные люди.

- Одину слава! - заслышав боевой клич конунга, смутившиеся викинги приободрились.

Страшно взревел Кари, ожившим тараном врезавшись в ряды врагов, даже Рёгнвальд, шипя от боли, рубил левой рукой.

Сигфред схватил весло и раскрутил его над головой. Для начала тяжеленная деревяшка угодила по затылку Нерейда, тот брякнулся на колени, но это не смутило впавшего в неистовство берсерка. Рыча, точно целая стая голодных волков, он ринулся в схватку.

Выброшенный за борт воин, судя по изумленному воплю, так и не понял, чем его ударило, другой согнулся, ухватившись за сломанные ребра, нос третьего превратился в окровавленную лепешку.

Ивар разил мечом, стараясь не поскользнуться в лужах крови, и небольшая рана от рогатины столь же мало смущала его, как репей, прилипший к хвосту собаки.

Выучка викингов брала верх. В вое, который издавали воины чуди, больше не было ярости, теперь он напоминал скулеж обиженных шавок. То один, то другой из них прыгал за борт, спасаясь от смерти, и вскоре Ивар обнаружил, что на палубе не осталось никого, кроме его дружинников.

И трупов.